| Главная | Контакты | Купить сайт |



 

ПЕРМСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 18 января 2011 г. по делу N 22-194-2011

 

Судья Устинов А.Б.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего Лядова Н.Л., судей Устименко А.А. и Андриянова А.А., при секретаре К.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании 18 января 2011 года кассационную жалобу осужденного З. на приговор Усольского районного суда Пермского края от 29 ноября 2010 года, которым

З., дата рождения, уроженец

<...>, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, в силу ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком на 2 года с возложением обязанностей не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа осуществляющего исправление условно осужденного, ежемесячно являться на регистрацию.

Постановлено взыскать со З. в возмещение морального вреда в пользу П. 100 000 рублей, в пользу Ж. 150 000 рублей, а также судебных расходов потерпевших на представителя и процессуальные издержки.

Заслушав доклад судьи Устименко А.А. о содержании приговора и кассационной жалобы, выступление осужденного З. и в его защиту адвоката Кузнецова В.И. об отмене приговора, мнение прокурора Денисова М.О., полагавшего судебное решение оставить без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

З. признан виновным в нарушении 5 января 2010 года на <...> км автодороги <...> при управлении автомобилем <...> государственный номер <...> регион, требований пп. 10.1; 1,4 Правил дорожного движения (далее - ПДД), повлекшем причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью водителю автомобиля <...> П. и пассажирке Ж. при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе З. просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение. По его мнению, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, поскольку, управляя автомобилем, был ослеплен встречной автомашиной, стал притормаживать и смог избежать столкновения. Его автомобиль потянуло на встречную полосу движения, где он увидел автомобиль под управлением П. С целью избежать столкновения, нажав на педаль газа, попытался выскочить за обочину дороги, и произошло столкновение. Судом не учтено, что водитель П. нарушил п. 10.1 и п. 2.1.2 ПДД, не принял мер для снижения скорости, не был пристегнут ремнями безопасности. Полагает, что его доводы о наличии вины в действиях П. не были проверены и опровергнуты. Суд не разрешил вопрос, какие и чьи нарушения ПДД привели к причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшим, есть ли в его действиях состав преступления, допускал ли ранее П. нарушения ПДД. Автор жалобы полагает, что для проведения автотехнической экспертизы были взяты данные, не соответствующие действительности. В частности, на схеме указан видимый след от автомобиля <...> длиной 30 метров, а следователь

в постановлении указал, что тормозного пути нет, а имеются следы движения (заноса 30 м.) Фактически следа от заноса не было. Со слов П. автомашина двигалась со скоростью 40 км/час, но следователь указал, что скорость составляла 50 км/час. Выводы эксперта носят предположительный характер и являются недопустимым доказательством. В обосновании жалобы осужденный ссылается на мнение специалиста от 4 декабря 2010 года, что П. при возникновении опасности на его полосе движения мог остановиться и предотвратить столкновение.

Также полагает, что при взыскании морального вреда и понесенных потерпевшими расходов на представителя, по возмещению процессуальных издержек, суд не учел его семейное и материальное положение.

В судебном заседании З. поддержал доводы жалобы, дополнив, что пытался избежать столкновения, но не смог удержать автомобиль, который несло на тормозах.

Адвокат Кузнецов В.И. в судебном заседании пояснил, что отзывает дополнительную жалобу, поскольку основная жалоба им или другим защитником З. не подавалась. Поддержал доводы осужденного, дополнив, что приговор является незаконным, необоснованным и несправедливым. Суд не дал оценки, что неустановленный органом расследования легковой автомобиль в нарушение п. 10.1 ПДД выехал на полосу движения автомобиля под управлением З., который применил экстренное торможение, отвернул вправо и автомобиль правонарушителя проехал мимо. З. потерял управление над автомобилем, который выбросило на полосу встречного движения, где и произошло столкновение с автомобилем под управлением П. Указывает, что признание З. нарушений п. 10.1 ПДД не может являться доказательством его виновности. В суде З. пояснил, что столкновение произошло не по его вине, свидетель С. показал, что находился в автомобиле со З., когда им навстречу, с дальним светом фар и по их полосе движения метров за 300 до поворота выехал легковой автомобиль. После того, как машины разъехались, автомобиль <...> закидало по дороге, выкинуло на полосу встречного движения. Свидетель С1. подтвердил наличие встречного автомобиля, с которым разъехался за 4-5 км до места происшествия. Показаниями П. и Ж. подтверждено, что автомобиль под управлением З. крутило по дороге. Полагает, что суд должен был описать действия водителя неустановленного автомобиля, дать правовую оценку, в том числе ответить на вопросы: как неустановленный автомобиль повлиял на развитие дорожной ситуации, наличие либо отсутствие причинной связи с вышеназванным нарушением, о состоянии крайней необходимости в действиях З. Оспаривает заключение эксперта в связи с тем, что для исследования не предъявлялись исходные данные о наличии неустановленного автомобиля, который создал опасность для движения автомобилю под управлением З., установочные данные не соответствуют протоколу осмотра места происшествия, доказательство не отвечает требованиям допустимости.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности З. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, и квалификация содеянного соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на проверенных в судебном заседании и изложенных в приговоре суда доказательствах, которым дана надлежащая оценка.

Результаты осмотра места происшествия, заключения экспертов, показания свидетелей К., С1., С., Г. указывают, что автомобиль под управлением З. выехал на полосу встречного движения автодороги в месте, где был поворот.

Суд рассмотрел дело с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ, в рамках сформулированного обвинения.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами защиты, что столкновение автомашин под управлением З. и П. произошло в результате правонарушения, совершенного неустановленным лицом, поскольку отсутствует прямая причинно-следственная связь с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью по неосторожности потерпевшим.

Из показаний свидетеля С. следует, что опасность для движения автомобиля <...> под управлением З. возникла не менее чем за 300 метров до поворота. В суде З. не отрицал, что поворот дороги ограничивал видимость, имелся знак "опасные повороты", он тормозил не менее 100 метров. При таких обстоятельствах суд обоснованно признал, что З. нарушил требования п. 10.1 ПДД, в результате чего допустил выезд на полосу встречного движения.

П., управляя автомобилем, не мог предполагать, что на его полосе движения окажется транспортное средство, движущееся навстречу. То обстоятельство, что потерпевшие не были пристегнуты ремнями безопасности, не находится в прямой причинной связи с допущенными осужденным нарушениями ПДД и наступившими последствиями. По этим же основаниям коллегия не соглашается с доводами защиты, что П. мог избежать столкновения, соблюдая требования п. 10.1 ПДД для снижения скорости.

Выводы автотехнической экспертизы подтверждены показаниями П., З., свидетелей и поэтому обоснованно положены в основу приговора. Экспертиза проведена с учетом данных осмотра места происшествия, оснований для исключения ее из числа доказательств не имеется.

Суд правильно установил, что между нарушениями З. Правил дорожного движения и наступившими последствиями, причинением тяжкого вреда здоровью, имеется прямая причинно-следственная связь.

Столкновения между автомашинами З. и неустановленного лица не произошло, поэтому у суда не было оснований описывать действия третьего лица, давать им правовую оценку. Опасность для движения, со слов С., возникла за 300 метров до поворота, З. применил торможение лишь за 100 метров до поворота, поэтому коллегия признает несостоятельным довод защиты о состоянии крайней необходимости в действиях осужденного.

Назначая З. наказание, суд учел характер, степень общественной опасности и тяжесть совершенного им преступления, данные о личности, смягчающие обстоятельства, отсутствие отягчающих обстоятельств, размер наказания определил с соблюдением требований ст. 6, 60 УК РФ и правил назначения наказания, предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ, с учетом положений ч. 2 ст. 43 УК РФ о применении наказания в целях восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения новых преступлений, пришел к обоснованному выводу о необходимости применения дополнительного наказания в виде лишения специального права управления транспортным средством. Назначенное осужденному наказание судебная коллегия полагает справедливым как по виду, так и по размеру.

Заключение специалиста, приложенное к кассационной жалобе, предметом исследования и проверки в суде первой инстанции не являлось, вопрос о

профессиональной компетенции специалиста не выяснялся, он об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ не предупреждался, в связи с чем, суд кассационной инстанции не вправе рассматривать данное "заключение специалиста" в качестве доказательства и обсуждать его достоверность.

При разрешении гражданского иска о компенсации морального вреда суд привел обоснование своих выводов, указал нормы закона.

Размер компенсации морального вреда, взысканный с осужденного, определен с учетом нравственных страданий потерпевших, степени вины осужденного, его материального положения, требований справедливости и соразмерности, и чрезмерно завышенным не является.

Возмещение расходов потерпевшим на оплату труда представителей предусмотрено ст. 42 УПК РФ, разрешено судом с соблюдением требований ст. 131 ч. 2 п. 9 УПК РФ.

Решение о взыскании со З. процессуальных издержек является законным и обоснованным. Как следует из материалов уголовного дела, адвокат Шишкина А.М. осуществляла защиту интересов З. в ходе предварительного следствия с момента допроса в качестве подозреваемого, от защитника он не отказывался.

Нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе и указанных в кассационной жалобе, влекущих отмену приговора, по делу не имеется.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно. Исследованным в судебном заседании доказательствам, добытым с соблюдением уголовно-процессуального закона, судом дана оценка в приговоре в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ.

С учетом изложенного доводы кассационной жалобы о несправедливости назначенного наказания и произведенных судом взысканий судебная коллегия считает неубедительными.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 377, 388 и 389 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Усольского районного суда Пермского края от 29 ноября 2010 года в отношении З. оставить без изменения, его кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

 






Яндекс цитирования


Наши услуги:
Экспертиза обстоятельств дорожно-транспортного происшествия; экспертиза технического состояния транспортных средств и деталей транспортных средств, следов на транспортных средствах и месте дорожно-транспортного происшествия; проведение автотехнических исследований; определение стоимости ремонта транспортных средств; определение утраты товарной стоимости транспортных средств; возмещение материального ущерба при ДТП; обжалование постановления о привлечении в качестве виновника ДТП; взыскание материального ущерба (в т.ч. вреда здоровью) с виновника ДТП сверх страхового возмещения; возмещение морального вреда; консультирование по вопросам организации и проведения экспертизы, применения результатов исследований для защиты прав наших клиентов.

© www.ДТП-экспертиза.рф, 2011 - 2018