| Главная | Контакты | Купить сайт |



 

ПЕРМСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 14 июля 2011 г. по делу N 22-5003

 

Судья Фомиченко А.И.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего судьи Кодочигова С.Л.,

судей Трубниковой Л.В., Каштановой Н.П.,

с участием прокурора Дарьенко Л.Ю.,

осужденного Ч.В., адвоката Валиева Т.М.,

потерпевших М1.,

Г., Г1.,

представителя потерпевших - адвоката Шафикова Р.Р.,

при секретаре Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу адвоката Валиева Т.М. на приговор Краснокамского городского суда Пермского края от 13 мая 2011 года, которым

Ч.В., дата рождения, уроженец <...>, несудимый,

осужден к 2 годам лишения свободы с лишением права управления транспортным сроком на три года с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Постановлено взыскать с Ч.В. в возмещение морального вреда пользу М1. 700 000 рублей, в пользу Г. 600 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Кодочигова С.Л., пояснения осужденного Ч.В., выступление адвоката Валиева Т.М. об отмене приговора по доводам жалобы, мнение потерпевших М1., Г., Г1., их представителя - адвоката Шафикова Р.Р., заключение прокурора Дарьенко Л.Ю. об оставлении судебного решения без изменения, судебная коллегия

 

установила:

 

По приговору суда Ч.В. осужден за то, что 21 сентября 2010 года около 18 часов 40 минут, он, управляя технически исправным автомобилем /марка 1/, государственный регистрационный знак <...>, двигаясь по автодороге М-7 "Волга" со стороны г. Краснокамска в сторону г. Перми, при перестроении со второстепенной полосы разгона на полосу движения дороги, нарушил требования п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, не учел интенсивность движения, дорожные и метеорологические условия, избрал скорость, которая не обеспечила ему возможность контроля за движением транспортного средства, не справился с управлением автомобилем, в результате чего его развернуло, он выехал на полосу встречного движения, где столкнулся с автомобилем /марка 2/, государственный регистрационный знак <...>, под управлением водителя Х. От удара автомобиль /марка 2/ потерял управление и столкнулся с двигавшемся в попутном направлении автомобилем /марка 3/, государственный регистрационный знак <...> под управлением водителя У.

В результате дорожно-транспортного происшествия пассажир автомобиля /марка 2/ М. получила телесные повреждения, повлекшие за собой тяжкий вред здоровью, от которых впоследствии скончалась в результате черепно-мозговой травмы в виде ушиба головного мозга с кровоизлияниями в вещество головного мозга и под мягкую мозговую оболочку, множественных ушибленных ран лица, переломов костей носа, ссадин лица.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней адвокат Валиев Т.М. выражает несогласие с приговором суда и просит отменить его в связи с нарушениями уголовно-процессуального закона, несоответствием выводов, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, несправедливостью назначенного наказания и незаконностью решений, принятых по исковым заявлениям потерпевших.

Так, по мнению защиты, указывая в приговоре на нарушение только п. 10.1 ПДД, суд не указал на нарушение водителем Ч.В. иных пунктов ПДД (пункты раздела 9 ПДД "Расположение транспортных средств на проезжей части" - 9.1., 9.4, требования разметки), которые регламентируют дорожное движении, и которые запрещают двигаться по полосе движения, предназначенной для движения встречных транспортных средств. В связи с этим, нахождение автомобиля Ч.В. на полосе встречного движения, исходя из изложенного обвинения, не является нарушением правил дорожного движения, то есть водитель Ч.В. мог в данной ситуации двигаться по полосе встречного движения в любом направлении. В этом случае нарушение п. 10.1 ПДД водителем Ч.В. не состоит в причинно-следственной связи с ДТП, поскольку он может находиться на встречной полосе, и не будет иметь значение, почему он там оказался. Кроме того, указывая на нарушение п. 10.1 ПДД, суд не указал, с какой скоростью двигался Ч.В., и была эта скорость допустимой на данном участке дороги или нет.

Из пояснений Ч.В. следует, что причина, по которой он оказался на полосе встречного движения, это неисправность тормозной системы автомобиля.

В ходе предварительного следствия назначалась автотехническая экспертиза, которая проведена неполно. При производстве предварительного и судебного следствия ходатайства защиты о производстве повторной автотехнической экспертизы были необоснованно оставлены без удовлетворения.

Из исследовательской части заключения следует, что экспертом не проверялась работоспособность регулятора давления тормозов, не изучалось состояние тормозных трубок, рабочих тормозных цилиндров. Пробный заезд проводился без учета установленной заводом-изготовителем методики по диагностике тормозной системы методом дорожных испытаний. Его недостаточно чтобы сделать вывод об исправности тормозной системы.

Эксперт не исследовал вакуумный усилитель тормозов. При этом в заключении не отражено, почему отпала необходимость в его исследовании. Эксперт не смог пояснить может ли произойти блокировка колес при неисправности вакуумного усилителя тормозов. Главный тормозной цилиндр не был полностью исследован по причине отсутствия специального инструмента. Остался неисследованным контур тормозов, который отвечает за переднее правое и заднее левое колесо, неисправность которого как раз могла привести к неравномерному торможению и заносу автомобиля.

Таким образом, выводы автотехнической экспертизы не могут быть положены в основу обвинительного приговора.

При осуществлении процедуры судопроизводства права Ч.В. были ограничены, что повлияло на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора. Кроме того, Ч.В. был лишен возможности участвовать в прениях, что влечет безусловную отмену приговора.

При удовлетворении исковых требований суд неправильно применил нормы ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, необоснованно исключил гражданско-правовую ответственность водителя Х., поскольку в силу п. 3 ст. 1079 ГК РФ владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновение транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 1079

ГК РФ. Пункт 1 данной статьи предусматривает, что владелец источника повышенной опасности отвечает за вред, причиненный данным источником независимо от своей вины.

По этой причине ходатайство защиты о привлечении Х. в качестве гражданского ответчика судом необоснованно отклонено.

Кроме того, судом не учтено нарушение водителем Х. требований п. 2.1.2 ПДД и нарушение пассажиркой М. требований п. 5.1 ПДД, которые обязывают пассажиров быть пристегнутыми ремнями безопасности. Это обстоятельство могло повлиять на наступившие от ДТП последствия.

Принимая решение о назначении наказания, суд неправомерно учел отношение подсудимого к содеянному, сославшись на непризнание им вины, что повлияло на назначение наказания.

В возражениях на кассационные жалобы потерпевшие М1., Г., Г1., государственный обвинитель Гаврилов В.Ю. считают, что изложенные в них доводы являются необоснованными. Выводы суда о виновности осужденного подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. Приговор является законным и обоснованным, наказание справедливым. Просят оставить его без изменения.

Проверив материалы дела, судебная коллегия находит приговор суда правильным.

Из материалов дела усматривается, что вина Ч., установлена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которые были проверены в судебном заседании, подробно изложены в приговоре и получили надлежащую оценку.

Так, из показаний Ч.В. следует, что 21 сентября 2010 года, ближе к вечеру он ехал со своей женой - Ч., на автомобиле "/марка 1/" со стороны г. Краснокамска в сторону г. Перми по полосе разгона со скоростью потока машин. Впереди него через несколько метров шла машина, он стал перестраиваться и увидел в боковое зеркало идущую сзади "Фуру" и нажал на тормоз, чтобы увеличить расстояние между его машиной и впереди идущей машиной. Его машину занесло и вынесло на встречную полосу движения заднюю часть его автомобиля, передняя часть его автомобиля оставалась на своей полосе движения. Он почувствовал удар, от которого его машину развернуло на 360 градусов и машина остановилась. Он вышел из машины и увидел что произошло столкновение с автомобилями /марка 2/ и "/марка 3/". Автомобиль "/марка 1/", которым он управлял принадлежал его работодателю ИП Л., а он управлял машиной по доверенности. Считает, что его машину вынесло на встречную полосу движения по причине технической неисправности системы тормозов. Имеющемуся в деле заключению экспертизы он не доверяет, поскольку эксперт лишь внешне осмотрел его автомобиль, сделал один пробный заезд и истребовал для исследования только главный тормозной цилиндр, а другие агрегаты не исследовал.

Свидетель Ч. показала, что 21 сентября 2010 года, после 17 часов она с Ч.В. на автомобиле "/марка 1/" возвращались из г. Краснокамска в г. Пермь. Сидела на переднем пассажирском сидении. Их автомобиль двигался со скоростью движения потока машин. Они стали перестраиваться и вдруг стало заносить заднюю часть их автомобиля. Его развернуло и они оказались на разделительной полосе посередине дороги. Потом произошел сильный удар от столкновения с другим автомобилем.

Из пояснений свидетеля К. следует, что 21 сентября 2010 года, она и М. в г. Перми сели в автомобиль, следовавший до г. Краснокамска. Помимо водителя на правом пассажирском сидении находился мужчина, сзади за водителем сидела М., рядом с ней она, справа сидела незнакомая девушка. Они ехали со скоростью 40-50 км/час. Проезжая у заправки "Дан", она увидела, что двигающаяся во встречном направлении машина "/марка 1/" стала вести

себя странно, ее начало крутить, развернуло и выкинуло на встречную полосу дороги. Удар пришелся в бок их машины задней частью автомобиля "/марка 1/". От удара их машину отбросило в сторону. Она врезалась в ограждение, а затем в другую машину. В результате данного происшествия М. погибла, а она получила телесные повреждения и находилась на лечении. Погода в тот день была дождливой, асфальт был мокрым, видимость была хорошей.

Свидетель Ш. показал, что 21 сентября 2010 года, вечером он сел в качестве пассажира в автомобиль /марка 2/ на переднее пассажирское сидение. Сзади на пассажирское сидение сели три девушки. Водитель ехал не быстро, подъезжая к г. Краснокамску он посмотрел на часы, времени было 18 часов 45 минут. В это время он увидел, что из встречного потока машин, из-за грузовой машины выехала легковая, вращаясь вокруг своей оси. Потом произошел удар, который пришелся в левый бок их автомобиля. От удара водитель их машины потерял сознание. Он схватился за руль и выкрутил его вправо. Машина остановилась, он вышел из нее, вызвал милицию и скорую помощь пострадавшей девушке.

Допрошенная в качестве свидетеля Я. пояснила, что 21 сентября 2010 года, она ехала пассажиром в автомобиле /марка 2/. Сидела на заднем сидении справа. Рядом находились две девушки. Впереди сидел водитель и пассажир. На улице шел дождь, двигались они со скоростью около 50 км/час. На подъезде к г. Краснокамску в их машину врезался автомобиль "/марка 1/". Столкновения она не видела, так как не смотрела на дорогу. Водитель "/марка 1/" подошел к ним и сказал, что его занесло.

Из пояснений свидетеля У. следует, что 21 сентября 2010 года он на своем автомобиле /марка 3/, государственный регистрационный знак <...> двигался по дороге в сторону г. Краснокамска следом за автомобилем /марка 2/. Скорость была 60 км/час. При подъезде к г. Краснокамску, у автозаправки "Дан", он перестроился вправо от /марка 2/ и момента столкновения между автомобилями не видел, поскольку /марка 2/ попал в "мертвую" зону видимости и двигалась впереди метрах в 15-ти.

Свидетель Х., показал, что очнулся в больнице и обстоятельства происшествия он не помнит, так как у него пропала память на указанные события.

Из протокола осмотра дорожно-транспортного происшествия, фототаблицы и схемы к нему, следует, что дорожно-транспортное происшествие произошло 21 сентября 2010 года на автодороге "Подъезд к Перми от М-7 "Волга" <...>". Указаны места расположения транспортных средств после столкновения, зафиксированы следы и технические повреждения, имеющиеся на данных транспортных средствах (том дела 1 л.д. 7-22);

из справки о дорожно-транспортном происшествии, усматривается, что у автомобили /марка 1/, государственный регистрационный знак <...>; /марка 2/, государственный регистрационный знак <...>, /марка 3/, государственный регистрационный знак <...> получили механические повреждения (том дела 1 л.д. 23-24);

из справки о причинах ДТП следует, что 21 сентября 2010 года в 18 часов 40 минут водитель Ч.В., управляя автомобилем /марка 1/, в нарушение п. 10.1 Правил дорожного движения РФ не выдержал безопасную скорость движения, обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением автомобиля, особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, не справился с управлением, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, где допустил столкновение с автомобилем /марка 2/, государственный номер <...>, под управлением Х., двигавшегося во встречном направлении по своей полосе движения. После столкновения автомобиль /марка 2/ отбросило на правую по ходу движения полосу разгона-торможения, где он допустил столкновение с двигавшимся по ней в попутном направлении автомобилем /марка 3/,

государственный номер <...>, под управлением У. (т. 1 л.д. 25-

27).

По заключению эксперта N 26/497 доп. от 16.02.2011 - года, следует, что смерть М. наступила в результате черепно-мозговой травмы в виде ушиба головного мозга с кровоизлияниями в вещество головного мозга и под мягкую мозговую оболочку, множественных ушибленных ран лица, переломов костей носа, ссадин лица. Обнаруженный на трупе комплекс повреждений, составивших черепно-мозговую травму, судя по характеру и морфологическим свойствам, с учетом обстоятельства дела, образовался в результате соударения о части салона движущегося автомобиля в момент столкновения с препятствием. Обнаруженные на трупе повреждения квалифицируются как тяжкий вред здоровья по признаку опасности для жизни и повлекли смерть, (том дела 1 л.д. 155-156);

Согласно протокола осмотра автомобиля /марка 1/ государственный регистрационный знак <...>, следует, что у него имеются следующие

повреждения: полная деформация правого заднего крыла, с правой стороны деформирована крышка багажника, задний бампер расколот с задней стороны, разбито стекло задней двери (крышки багажника), разбито заднее окно справа, деформирована крыша справа около средней стойки и слева в районе задней стойки. Передняя часть и левая боковая часть автомобиля без повреждений. При пробном нажатии педали тормоза педаль фиксировалась в среднем положении. При осмотре трубок тормозов дефектов не выявлено (том дела 1 л.д. 56-57); для производства автотехнической экспертизы был изъят (демонтирован) главный тормозной цилиндр (том дела 1 л.д.

117);

Из заключения автотехнической экспертизы следует, что путем пробных заездов и при осмотре по месту хранения, а так же при исследовании демонтированного узла в условиях Пермской ЛСЭ, каких-либо неисправностей тормозной системы автомобиля /марка 1/ не выявлено. Рабочая тормозная система находится в работоспособном состоянии.

Установленные на автомобиле /марка 1/ шины соответствуют требованиям основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации Правил дорожного движения.

В исследованной ситуации водителю автомобиля /марка 1/ Ч.В. следовало руководствоваться требованиями п. 10.1 Правил дорожного движения.

Выполнив требования п. 10.1 Правил дорожного движения, то есть при перестроении выбрав скорость в соответствии с дорожными условиями позволяющую сохранять контроль за движением транспортного средства, водитель Ч.В. располагал возможностью предотвратить возникновение заноса автомобиля /марка 1/ на полосу встречного движения и тем самым располагал возможностью предотвратить столкновение с автомобилем /марка 2/.

В действиях водителя автомобиля /марка 1/ Ч.В. усматривается несоответствие требованиям п. 10.1 Правил дорожного движения, находящееся с технической точки зрения, в причинной связи с происшествием.

В исследованной ситуации водителю автомобиля /марка 2/ Х. следовало руководствоваться требованиями п. 10.1 (ч. 2) Правил дорожного движения Р.Ф.

С технической точки зрения водитель автомобиля /марка 2/ Х. не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем /марка 1/ движущимся во встречном направлении в процессе заноса с заездом на полосу встречного движения, в его действиях несоответствия требованиям Правил дорожного движения РФ не усматривается.

Допрошенный в качестве свидетеля эксперт Р., пояснил, что он проводил экспертизу по уголовному делу по обвинению Ч.В. Перед проведением экспертизы он произвел осмотр автомобиля "/марка 1/", каких-либо

видимых дефектов тормозной системы им установлено не было. Он произвел пробный заезд и убедился, что тормоза автомобиля находятся в исправном состоянии. Затем он запросил у следователя представить ему для производства экспертизы главный тормозной цилиндр и вакуумный усилитель. Главный тормозной цилиндр был ему представлен, а вакуумный усилитель нет. Частично разобрав главный тормозной цилиндр, он сделал вывод о его исправности, что получило отражение в экспертизе. До конца разбирать его не стал, так как при механическом воздействии все контуры цилиндра были в рабочем состоянии. Поэтому он сделал вывод об исправности тормозной системы без исследования вакуумного усилителя. Кроме того, в случае неисправности вакуумного усилителя, такая неисправность не отразится на эффективности торможения и не приведет к неконтролируемому заносу автомобиля, поскольку он служит для уменьшения физической нагрузки на ногу водителя при нажатии на педаль тормоза. Выводы о наличии в действиях водителя Ч.В. нарушений Правил дорожного движения, которые с технической точки зрения состоят в причинной связи с происшествием сделаны им на основании исследования всех представленных материалов в совокупности а именно: протокола осмотра места происшествия, схемы и фототаблицы к нему, справок о дорожно-транспортном происшествии, исследования состояния представленного Ч.В. автомобиля, протоколом допроса Ч.В. и протоколов допросов свидетелей.

Судом сделан правильный вывод об отсутствии сомнений в обоснованности заключения эксперта-автотехника. Экспертные исследования были выполнены с соблюдением установленных законом норм и на основе имеющихся конкретных данных об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, надлежащим образом зафиксированных и имеющихся в материалах уголовного дела. Заключение эксперта мотивировано, в нем указано кем и на каком основании проводились исследования, их содержание, даны обоснованные и объективные ответы на поставленные перед экспертом вопросы и сделаны соответствующие выводы. В приговоре суда надлежащим образом оценена достаточность и последовательность выводов эксперта о несоответствии действий Ч.В. требованиям Правил дорожного движения РФ. Оснований сомневаться в компетенции эксперта не имеется. С учетом данных обстоятельств суд правильно признал данное заключение достоверным. Оснований для проведения по делу дополнительных или повторных экспертиз не усматривается.

В судебном заседании были исследованы также другие доказательства, которые согласуются с вышеперечисленными. Все они подтверждают правильность установленных судом обстоятельств совершенного осужденным преступления и в совокупности позволяют сделать вывод о наличии причинно следственной связи между виновными действиями Ч.В. и наступившими последствиями.

Суждения суда в части оценки всех доказательств, в том числе и оспариваемых стороной защиты, признаются правильными, так как соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона.

С учетом изложенного, суд обоснованно критически оценил версию подсудимого о неисправности тормозной системы его автомобиля.

Фактические обстоятельства преступлений установлены судом достаточно полно. Всем доказательствам по делу дана надлежащая правовая оценка с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела.

Квалификация содеянного в приговоре мотивирована и является правильной.

Ссылка в жалобе на необходимость учета требований раздела 9 ПДД РФ "Расположение транспортных средств на проезжей части", и в частности п.п. 9.1., 9.4, является логическим заблуждением.

Вопреки доводам жалобы судебная коллегия не усматривает нарушения права Ч.В. на защиту в связи с неучастием его в судебных прениях.

В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 292 УПК РФ прения сторон состоят из речей обвинителя и защитника. При отсутствии защитника в прениях сторон участвует подсудимый. Подсудимый вправе ходатайствовать о своем участии в прениях сторон.

До начала судебного следствия судом в порядке, предусмотренном ст. 267 УПК РФ, Ч.В. были разъяснены его процессуальные права, в том числе и право принимать участие в судебных прениях. В судебном заседании законные интересы Ч.В. защищал адвокат по соглашению, который принимали участие в судебных прениях. Ходатайств об его участии в прениях ни подсудимым Ч.В., ни его защитником не заявлялось.

Кроме того, по окончании судебных прений, в порядке, установленном ст. 337 УПК РФ, участникам судебного заседания было предоставлено право реплик, от которых Ч.В. также отказался (т. 2 л.д. 164).

В замечаниях поданных адвокатом Валиевым Т.М. на протокол судебного заседания не указано на какие-либо нарушения уголовно-процессуального закона в данной части.

При таких обстоятельствах не имеется оснований считать, что судом было ограничено право осужденного на защиту.

Наказание назначено Ч.В. в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, фактических обстоятельств дела, данных о его личности, смягчающего наказание обстоятельства. По своему виду и размеру оно соответствует требованиям ст. 6, 60 УК РФ и является справедливым.

Утверждение защиты о том, что отношение подсудимого к содеянному повлияло на справедливость наказания являются не убедительными, поскольку закон не запрещает учитывать субъективное отношение подсудимого к последствия наступившим от преступления.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления или личность осужденного и позволяющих смягчить в отношении него наказание, не установлено.

Вид исправительного учреждения определен правильно, в соответствии с п. "а" ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Что же касается доводов жалобы о необоснованном взыскании с осужденного морального вреда причиненного преступлением, судебная коллегия так же не находит оснований для их удовлетворения.

При этом судебная коллегия исходит из того, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд в соответствии со ст. 151 ГК РФ может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Компенсация морального вреда на основании ст. 1100 ГК РФ осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в частности с использованием транспортных средств, освобождаются от обязанности возмещения причиненного источником повышенной опасности вреда, если докажут, что он возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Размер компенсации морального вреда в соответствии со ст. 1101 ГК РФ определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости; характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при

которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как усматривается из материалов дела суд, учитывая эти требования закона, а так же анализируя имеющиеся в деле доказательства, в том числе обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, правомерно пришел к выводу о наличии оснований для компенсации морального вреда.

Таким образом, приговор является законными, обоснованными и справедливыми. Оснований для его изменения либо отмены не имеется.

Руководствуясь ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Краснокамского городского суда Пермского края от 13 мая 2011 года в отношении Ч.В. оставить без изменения, а кассационную жалобу адвоката Валиева Т.М. - без удовлетворения.

 

 






Яндекс цитирования


Наши услуги:
Экспертиза обстоятельств дорожно-транспортного происшествия; экспертиза технического состояния транспортных средств и деталей транспортных средств, следов на транспортных средствах и месте дорожно-транспортного происшествия; проведение автотехнических исследований; определение стоимости ремонта транспортных средств; определение утраты товарной стоимости транспортных средств; возмещение материального ущерба при ДТП; обжалование постановления о привлечении в качестве виновника ДТП; взыскание материального ущерба (в т.ч. вреда здоровью) с виновника ДТП сверх страхового возмещения; возмещение морального вреда; консультирование по вопросам организации и проведения экспертизы, применения результатов исследований для защиты прав наших клиентов.

© www.ДТП-экспертиза.рф, 2011 - 2018