| Главная | Контакты | Купить сайт |



 

Утвержден

постановлением президиума

Свердловского областного суда

20 июля 2005 г.

 

БЮЛЛЕТЕНЬ

СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

И ДЕЛАМ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ

СВЕРДЛОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

(ВТОРОЙ КВАРТАЛ 2005 ГОДА (8))

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

 

I. Вопросы квалификации преступлений

 

Согласно примечанию к статье 139 Уголовного кодекса Российской Федерации, под жильем понимаются не только жилые помещения, входящие в жилищный фонд и пригодные для постоянного или временного проживания, но и иные помещения и строения, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания.

 

(извлечение)

 

Приговором Артемовского городского суда от 1 февраля 2005 года Т. признан виновным в тайном хищении в декабре 2003 года велосипеда из садового домика.

В судебном заседании Т. вину в предъявленном обвинении признал полностью.

В кассационном представлении государственный обвинитель, считая приговор незаконным, просил его отменить, дело направить на новое судебное разбирательство, указав, что суд необоснованно переквалифицировал действия осужденного с ч. 3 на ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, ошибочно признав, что садовый домик не является жилищем.

Проверив материалы дела и обсудив доводы представления, судебная коллегия нашла приговор подлежащим отмене по доводам кассационного представления.

Правильно установив фактические обстоятельства дела и придя к выводу о виновности Т. в тайном хищении велосипеда, совершенном с проникновением в садовый домик, суд ошибочно квалифицировал действия осужденного по п. "б" ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, указав, что садовый домик не является жилищем.

Так, согласно примечанию к ст. 139 Уголовного кодекса Российской Федерации, под жильем понимаются не только жилые помещения, входящие в жилищный фонд и пригодные для постоянного или временного проживания, но и иные помещения и строения, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания.

Из материалов дела видно, что садовый домик может быть использован и используется потерпевшим для временного проживания. При этом не имеет значения, остается в нем на ночь владелец дома или нет.

С учетом указанного обстоятельства, юридическая оценка действий осужденного Т. является неверной, а постановленный приговор - незаконным. Поэтому он подлежит отмене с направлением дела на новое судебное разбирательство.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 16.03.2005, дело N 22-2662/2005

 

Суд, сделав вывод о виновности обвиняемого в неправомерном завладении автомобилем, не учел, что он на момент совершения инкриминируемого ему деяния имел доверенность от потерпевшего на право пользования данным автомобилем.

 

(извлечение)

 

Приговором Режевского городского суда М. признан виновным в неправомерном завладении автомобилем ВАЗ-1111, принадлежащим И.

Проверив материалы дела, судебная коллегия сочла данный приговор подлежащим отмене.

В соответствии с ч. 1 ст. 14 Уголовного кодекса Российской Федерации преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное Уголовным кодексом под угрозой наказания.

В соответствии со ст. 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации доказыванию по уголовному делу подлежит, в частности, наличие в действиях лица состава преступления.

Суд, сделав вывод о виновности М. в неправомерном завладении автомобилем потерпевшего И., не учел, что он на момент совершения инкриминируемого ему деяния имел доверенность от потерпевшего на право пользования автомобилем ВАЗ-1111, срок которой не истек.

В судебном заседании потерпевший И., свидетели К. и Н. подтвердили показания осужденного о том, что потерпевший разрешал пользоваться М. его автомобилем, выдал доверенность на право пользования автомобилем.

Незаконности завладения М. автомобилем потерпевшего судом не установлено, доказательств этому в приговоре не приведено.

Указанные обстоятельства опровергают выводы суда о неправомерном характере действий осужденного по завладению автомобилем потерпевшего.

Таким образом, в действиях М. отсутствует состав уголовно наказуемого деяния.

При таких обстоятельствах приговор не может быть признан законным и обоснованным и подлежит отмене, а дело - прекращению за отсутствием в действиях М. состава преступления.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 18.05.2005, дело N 22-4530/2005

 

Действия виновных по удержанию потерпевшего при разбойном нападении необоснованно признаны судом незаконным лишением свободы. Уничтожение похищенного имущества, являвшееся способом распоряжения этим имуществом, не требует дополнительной квалификации по части 1 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации.

 

(извлечение)

 

По приговору Магаданского областного суда 24 января 2001 г. осуждены: В. - по п. "а", "г" ч. 2 ст. 162, п. "а", "г" ч. 2 ст. 127, ч. 1 ст. 167, ч. 1 ст. 222, ч. 2 ст. 325 Уголовного кодекса Российской Федерации; П. - по п. "а", "б", "г" ч. 2 ст. 162, п. "а", "г" ч. 2 ст. 127, ч. 1 ст. 167 и ч. 2 ст. 325 Уголовного кодекса Российской Федерации; Ш. - по п. "б", "в" ч. 3 ст. 162, п. "д", "ж", "з" ч. 2 ст. 105, п. "а", "г" ч. 2 ст. 127, ч. 1 ст. 167, ч. 2 ст. 325 и п. "а", "б", "г" ч. 2 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации в надзорном представлении поставил вопрос об изменении судебных решений, предлагая исключить осуждение В., Ш. и П. по п. "а", "г" ч. 2 ст. 127 Уголовного кодекса Российской Федерации и ч. 1 ст. 167 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также пересмотреть приговор в связи с изменениями, внесенными в Уголовный кодекс Российской Федерации Федеральным законом от 8 декабря 2003 г.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации 27 октября 2004 г. удовлетворил надзорное представление частично, указав следующее.

Вина всех осужденных в разбойном нападении на К., похищении его паспорта, а Ш. - и в разбойном нападении на Н. и убийстве последнего, установлена проверенными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами. Юридическая оценка этих действий судом дана правильно.

Вместе с тем приговор в части осуждения всех троих по п. "а", "г" ч. 2 ст. 127 Уголовного кодекса Российской Федерации и ч. 1 ст. 167 Уголовного кодекса Российской Федерации подлежит изменению.

Под незаконным лишением свободы, ответственность за которое предусмотрена ст. 127 Уголовного кодекса Российской Федерации, понимается незаконное лишение человека свободы передвижения в пространстве, выбора им места нахождения и общения с другими людьми.

Как видно из материалов дела, В., Ш. и П. удерживали К. в салоне автомашины с целью подавить его сопротивление совершаемому хищению и исключить возможность обращения в правоохранительные органы.

В связи с тем, что умысел осужденных был направлен на открытое завладение чужим имуществом, их действия по удержанию К. представляли собой один из способов насилия, примененного к нему в процессе разбойного нападения. Поэтому квалификация содеянного В., Ш. и П. по п. "а", "г" ч. 2 ст. 127 Уголовного кодекса Российской Федерации излишняя.

По смыслу закона деяния, связанные с хищением чужого имущества, могут дополнительно квалифицироваться по ст. 167 Уголовного кодекса Российской Федерации в случае, если в ходе совершения кражи, грабежа или разбоя умышленно уничтожено или повреждено имущество потерпевшего, не являющееся предметом данного хищения.

Судом установлено, что Ш., В. и П. завладели автомашиной К. и лишь затем привели ее в негодность, реализуя тем самым возможность распоряжаться ею. Поскольку автомашина являлась предметом хищения, а повреждение и уничтожение ее деталей и салона были способом распоряжения похищенным имуществом, действия виновных в этой части правильно квалифицированы как разбой, дополнительной же квалификации по ч. 1 ст. 167 Уголовного кодекса Российской Федерации не требуется.

В связи с изложенным из судебных решений исключено осуждение В., Ш. и П. по п. "а", "г" ч. 2 ст. 127 Уголовного кодекса Российской Федерации и ч. 1 ст. 167 Уголовного кодекса Российской Федерации.

 

Постановление

Президиума Верховного Суда Российской Федерации

от 27 октября 2004 г. N 356п04пр

 

Бюллетень

Верховного Суда Российской Федерации,

N 3, 2005

 

Добровольная выдача незаконно хранившегося огнестрельного оружия освобождает лицо от уголовной ответственности независимо от того, этим ли оружием было совершено преступление.

 

(извлечение)

 

Установлено, что 5 декабря 2001 г. А. со своей женой Ф. и соседом С. распивали спиртное. Между ними произошла ссора. А. пошел к себе домой, вооружился охотничьим карабином и, вернувшись, выстрелил в С., причинив проникающее огнестрельное ранение, в результате которого потерпевший скончался. Затем из этого же карабина А. произвел выстрел в свою жену, причинив ей касательное ранение головы.

Кроме того, с 25 октября 2001 г. А. незаконно хранил и носил охотничий карабин калибра 5,6 мм, модели ТОЗ-16 N 20514, который взял у Т. Суд первой инстанции квалифицировал действия А. по ч. 1 ст. 222 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации и ч. 1 ст. 222 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции оставил приговор без изменения.

В надзорной жалобе А. утверждал, что поскольку он добровольно выдал один из хранившихся им охотничьих карабинов, то за хранение этого карабина он осужден необоснованно.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в этой части удовлетворил надзорную жалобу осужденного, указав в постановлении следующее.

А. необоснованно осужден по ч. 1 ст. 222 Уголовного кодекса Российской Федерации за незаконное ношение и хранение охотничьего карабина калибра 5,6 мм, модели ТОЗ-16 N 20514, поскольку после совершения преступления он добровольно выдал работникам милиции данное огнестрельное оружие.

В соответствии с примечанием к ст. 222 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 25 июня 1998 г.) А. подлежал освобождению от уголовной ответственности.

Однако суд в приговоре указал, что так как А. ввел в заблуждение органы следствия и сдал не тот карабин, из которого им был убит С. и ранена Ф., то его доводы о добровольной сдаче ружья несостоятельны.

Вместе с тем такое толкование закона нельзя признать правильным, так как добровольная выдача незаконно хранившегося огнестрельного оружия освобождает лицо от уголовной ответственности независимо от того, этим ли оружием было совершено преступление.

При таких обстоятельствах судебные решения в этой части отменены, а дело прекращено.

За ношение и хранение охотничьего карабина модели ТОЗ-17-01 N 8426271 и боеприпасов к нему А. осужден обоснованно, однако в связи с тем что санкция ч. 1 ст. 222 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г.) мягче санкции статьи, по которой А. осужден за эти действия, то содеянное следует квалифицировать в соответствии с новым законом.

 

Постановление

Президиума Верховного Суда Российской Федерации

N 112п05

 

Обзор судебной практики

Верховного Суда Российской Федерации

за первый квартал 2005 года

 

Судом не выяснено, являлось ли получение денег и наркотика средством оплаты оказанной продавцу или покупателю услуги либо это входило в объем вмененных осужденному действий по сбыту героина группой лиц по предварительному сговору.

 

(извлечение)

 

Согласно приговору Октябрьского районного суда Х. признана виновной в сбыте Т. наркотического средства в особо крупном размере - героина массой 7,644 г, а Т. - в его незаконном приобретении и хранении без цели сбыта 21.07.2004. Кроме того, Х. осуждена за покушение на незаконный сбыт героина массой 28,465 г, т.е. в особо крупном размере.

В судебном заседании Х. виновной себя признала полностью, а Т. - частично.

В кассационном представлении ставится вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение ввиду необоснованного оправдания Т. по эпизоду покушения на сбыт наркотического средства, неправильной квалификации действий обоих осужденных, которая повлекла мягкость назначенного им наказания.

В обоснование указывается, что в деле имеется достаточно доказательств, свидетельствующих о предварительном сговоре осужденных на сбыт наркотического средства. Поэтому данный квалифицирующий признак из их обвинения исключен необоснованно, а действия Т. ошибочно квалифицированы по ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Проверив материалы дела и обсудив доводы, изложенные в кассационном представлении и возражении на него, доводы кассационной жалобы, судебная коллегия сочла приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, Т. и Х. было предъявлено обвинение в незаконном сбыте наркотического средства в особо крупном размере и покушении на аналогичное преступление группой лиц по предварительному сговору.

Квалифицируя действия Т. как приобретение и хранение наркотического средства без цели сбыта, суд указал, что осужденный приобрел героин по просьбе Н. и на его деньги, т.е. его умысел был направлен не на распространение наркотических средств, а на оказание помощи в его приобретении для личного потребления Л.

Однако, из показаний свидетелей Л., М. и К. видно, что оперативно-розыскные мероприятия проводились именно в отношении Т., который, как пояснял Н., ранее занимался сбытом наркотического средства. Из этих показаний также не усматривается, что лица, участвующие в проверочной закупке, сообщали Т. о цели приобретения героина, оговаривая только необходимость покупки значительного его количества - 10 г за 5000 рублей, т.е. 100 средних разовых доз потребления, установленных Постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2004 года N 231.

Признавая доказанным, что Т. оказывал содействие Н. и Л. в приобретении наркотического средства, а не Х. в его сбыте, суд в приговоре не дал никакой оценки протоколу обыска, согласно которому в квартире осужденного обнаружены и изъяты 300 рублей, использованные при проведении проверочной закупки. Кроме того, из показаний обоих осужденных и свидетеля Н. усматривается, что после передачи героина Л., Т. в своей квартире использовал для личного потребления часть наркотического средства из оставшейся у Х. партии.

Несмотря на это, судом не выяснено, являлось ли получение денег и наркотика средством оплаты оказанной продавцу или покупателю услуги, либо это входило в объем вмененных осужденному действий по сбыту героина группой лиц по предварительному сговору.

Исключая данный квалифицирующий признак, суд указал на отсутствие доказательств, свидетельствующих о сговоре осужденных на сбыт героина. Однако этот вывод противоречит показаниям самих осужденных о том, что 21.07.2004 они по телефону договорились о встрече с целью продажи Н. 10 г героина.

Поэтому следует согласиться с доводами представления о том, что при постановлении приговора суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, а также назначил осужденным наказание, не соответствующее тяжести и общественной опасности содеянного.

В связи с этим приговор подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 11.05.2005, дело N 22-М-111/2005

 

II. Вопросы назначения наказания,

освобождения от уголовной ответственности и наказания

 

Поскольку материалы дела свидетельствуют о том, что осужденный имеет основное место работы, то назначение ему наказания в виде исправительных работ является незаконным.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 25.05.2005, дело N 22-4923/2005

 

Женщинам, имеющим детей в возрасте до трех лет, исправительные работы согласно части 5 статьи 50 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года) не назначаются.

 

(извлечение)

 

По приговору суда М. признана виновной в том, что 12 декабря 2003 года около 12:00, находясь в квартире К., неправомерно завладела принадлежащей ему банковской картой, после чего в этот же день в 14:14 с корыстной целью путем свободного доступа похитила, сняв с личного счета К. в "Уральском Банке Реконструкции и Развития" деньги в сумме 4500 руб.

Проверив материалы дела, президиум счел приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Согласно ч. 5 ст. 50 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года) исправительные работы не назначаются, в числе других категорий, женщинам, имеющим детей в возрасте до трех лет.

Из приобщенной к материалам уголовного дела актовой записи о рождении от 25 апреля 2001 года N 133 следует, что у М. имеется дочь С., 4 апреля 2001 года рождения.

Таким образом, суд, придя к выводу о возможности назначения М. наказания, не связанного с лишением свободы, в нарушение требований закона применил к осужденной наказание, не подлежащее применению ввиду наличия у осужденной малолетнего ребенка в возрасте до трех лет.

При таких обстоятельствах президиум признал необходимым приговор в отношении М. изменить, назначив осужденной наказание в виде штрафа.

 

Постановление

президиума Свердловского областного суда

от 26.01.2005, дело N 44-У-24/2005

 

Определив наказание в виде исправительных работ, суд указал срок, на который они были назначены, но не установил размер удержаний из заработка осужденного, то есть фактически не назначил виновному наказание за совершенное преступление, в связи с чем приговор подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 27.05.2005, дело N 22-5023/2005

 

Поскольку на момент выхода амнистии осужденный не подпадал под ее действие, то последующие изменения приговора в связи с декриминализацией его преступных действий не дают оснований для ее применения.

 

(извлечение)

 

Согласно приговору от 24 сентября 2003 года К. признан виновным в покушении на открытое хищение чужого имущества, совершенном 28 мая 2003 года в здании железнодорожного вокзала станции Свердловск-пассажирский, неоднократно и осужден по ч. 3 ст. 30, п. "б" ч. 2 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации к 4 годам лишения свободы. В соответствии с п. "в" ч. 7 ст. 79 Уголовного кодекса Российской Федерации отменено условно-досрочное освобождение от отбытия наказания по приговору от 13 декабря 2000 г. и в силу ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации, по совокупности приговоров, окончательно к отбытию назначено 5 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Постановлением Железнодорожного районного суда от 21 июня 2004 года приговор от 24 сентября 2003 года приведен в соответствие с действующим законодательством в связи с принятием закона, имеющего обратную силу. Действия осужденного переквалифицированы с ч. 3 ст. 30, п. "б" ч. 2 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации, по которым назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы. В соответствии с п. "в" ч. 7 ст. 79, ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации, по совокупности приговоров назначено 4 года 6 месяцев лишения свободы. Согласно ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации, по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединено неотбытое наказание по приговору от 2 сентября 2003 года, и окончательно к отбытию определено 5 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Изменяя указанный приговор, суд сослался на Федеральный закон от 8 декабря 2003 года, в соответствии с которым признана утратившей силу ст. 16 Уголовного кодекса Российской Федерации, регламентировавшая неоднократность преступных деяний, в связи с чем переквалифицировал действия осужденного.

В надзорной жалобе осужденный, не оспаривая содеянного и юридической квалификации своих действий, просил приговор и постановление о приведении приговора в соответствие с законом изменить, считает, что ему назначено чрезмерно суровое наказание, кроме того, полагает, что суд необоснованно выполнил требования ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку от наказания, назначенного по приговору от 13 декабря 2000 года, он подлежит освобождению на основании Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 30 ноября 2001 года "Об объявлении амнистии в отношении несовершеннолетних и женщин", как совершивший преступление в несовершеннолетнем возрасте.

Проверив материалы дела и обсудив доводы надзорной жалобы, президиум нашел постановление о приведении приговора от 24 сентября 2003 года в соответствие с законом подлежащим изменению по следующим основаниям.

В соответствии с Федеральным законом от 8 декабря 2003 года суд обоснованно исключил осуждение К. по квалифицирующему признаку совершения грабежа неоднократно и переквалифицировал действия осужденного на ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем суд, назначая К. наказание за покушение на грабеж чужого имущества, не учел положения ч. 3 ст. 66 Уголовного кодекса Российской Федерации, согласно которой срок или размер назначенного наказания за покушение на преступление не может превышать 3/4 максимального срока или размера наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации за оконченное преступление.

Как видно из материалов дела, суд, пересмотрев приговор в соответствии с Федеральным законом от 8 декабря 2003 года и переквалифицировав действия осужденного на ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации, при максимальном наказании по указанной норме закона 4 года лишения свободы, в нарушение требований ч. 3 ст. 66 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначил К. 3 года 6 месяцев лишения свободы, тогда как назначенное ему наказание не может превышать 3 лет лишения свободы.

При таких обстоятельствах назначенное К. наказание по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации подлежит снижению.

Кроме того, преступление, за которое К. осужден приговором от 24 сентября 2003 года, совершено им до вынесения приговора от 2 сентября 2003 года.

Однако суд, в нарушение требований ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначил окончательное наказание К. по правилам ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации, т.е. по совокупности приговоров, тогда как имеет место совокупность преступлений.

Что касается доводов жалобы об исключении из приговора от 24 сентября 2003 года указания суда о назначении К. наказания по совокупности приговоров в порядке ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с тем, что по предыдущему приговору от 13 декабря 2000 года он подлежал амнистированию, то с ними согласиться нельзя.

Как видно из приговора от 13 декабря 2000 года, К. осужден за кражу и покушения на грабеж чужого имущества, которые он совершил в несовершеннолетнем возрасте, и за покушение на кражу чужого имущества, стоимостью 171 рубль, совершенное 17 сентября 2000 года, т.е. в возрасте 18 лет.

Поскольку одно из преступлений, за которое он осужден, совершено им было в совершеннолетнем возрасте, действие Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 30 ноября 2001 года "Об объявлении амнистии в отношении несовершеннолетних и женщин" на К. не распространялось.

В связи с введением в действие с 1 июля 2002 года ст. 7.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, предусматривающей административную ответственность за хищение чужого имущества, стоимость которого не превышала 5-кратный размер минимальной оплаты труда на момент совершения деяния, действия К. по эпизоду покушения на кражу чужого имущества от 17 сентября 2000 года декриминализированы, в связи с чем постановлением Синарского районного суда г. Каменска-Уральского от 28 января 2003 года ч. 3 ст. 30, п. "б" ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации исключены из приговора от 13 декабря 2000 года.

Поскольку на момент выхода амнистии от 30 ноября 2001 года Кузнецов на нее права не имел, то последующие изменения приговора в связи с декриминализацией его преступных действий не дают оснований для ее применения.

Преступление, за которое К. осужден приговором от 24 сентября 2003 года, совершено им в период условно-досрочного освобождения от наказания по приговору от 13 декабря 2001 года, т.е. в период неотбытого наказания, поэтому суд обоснованно выполнил требования ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначил ему наказание по совокупности приговоров.

На основании изложенного президиум постановил изменить постановление Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 21 июня 2004 года в отношении К. Назначенное К. наказание по приговору Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 24 сентября 2003 года по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации снизить до 3 лет лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний по приговору от 24 сентября 2003 года и приговору от 2 сентября 2003 года, назначить К. 4 года лишения свободы. В соответствии со ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации к назначенному наказанию частично в виде 1 года лишения свободы присоединить неотбытое наказание по предыдущему приговору от 13 декабря 2000 года, и окончательно к отбытию К. определить 5 лет лишения свободы.

 

Постановление

президиума Свердловского областного суда

от 25.05.2005, дело N 44-У-260/2005

 

Вопросы освобождения от уголовной ответственности

в связи с примирением с потерпевшим

 

Освобождая лицо от уголовной ответственности, суд допустил ряд нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, что повлекло отмену соответствующего постановления.

 

(извлечение)

 

Т. в ходе предварительного следствия было предъявлено обвинение в применении в отношении милиционера Серовского ГРУВД сержанта Л. насилия, не опасного для жизни и здоровья, в связи с исполнением последним своих должностных обязанностей. Кроме того, Т. обвинялся в публичном оскорблении представителя власти - сотрудника милиции Л. при исполнении им своих должностных обязанностей.

В судебном заседании потерпевший Л. заявил о примирении с потерпевшим и высказал просьбу о прекращении уголовного дела в отношении Т. по основанию примирения сторон и одновременно деятельного раскаяния.

Постановлением Серовского городского суда от 14 апреля 2005 года Т. был освобожден от уголовной ответственности по ч. 1 ст. 318 Уголовного кодекса Российской Федерации и ст. 319 Уголовного кодекса Российской Федерации по основаниям, предусмотренным одновременно и ч. 1 ст. 75 Уголовного кодекса Российской Федерации и ст. 76 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В кассационном представлении государственного обвинителя поставлен вопрос об отмене постановления и направлении дела на новое судебное разбирательство. Прокурор счел данное решение незаконным, полагая, что объектом посягательства в данном случае является не физическое лицо, а нормальная управленческая деятельность и авторитет государственной власти, поэтому решение об освобождении от уголовной ответственности виновного лица не может быть принято без учета позиции прокурора. Кроме того, государственный обвинитель указывает на незаконность одновременного прекращения дела по двум различным основаниям и полагает, что текст постановления не отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку фактически является приговором и содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационного представления прокурора, судебная коллегия нашла постановление судьи незаконным и подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 75 Уголовного кодекса Российской Федерации лицо может быть освобождено от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, а в соответствии со ст. 76 Уголовного кодекса Российской Федерации возможно освобождение лица от уголовной ответственности и в связи с примирением с потерпевшим.

Каждая из приведенных норм материального закона предусматривает свои самостоятельные условия для освобождения от уголовной ответственности, соблюдение которых обязательно для принятия такого решения.

Для ст. 75 Уголовного кодекса Российской Федерации и ст. 76 Уголовного кодекса Российской Федерации эти условия различны и, соответственно, различен и предмет доказывания: для ст. 75 Уголовного кодекса Российской Федерации - это наличие деятельного раскаяния, а для ст. 76 Уголовного кодекса Российской Федерации - это факт состоявшегося между сторонами примирения.

Более того, и процессуально такие решения оформляются на основании различных норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. На основании ст. 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное дело прекращается в связи с примирением сторон, а на основании ст. 28 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в отношении лица прекращается уголовное преследование.

Суд принял решение об освобождении Т. от уголовной ответственности по двум различным основаниям одновременно. При этом неясно, на основании какой конкретно нормы уголовного закона Т. освобожден от уголовной ответственности по ч. 1 ст. 318 Уголовного кодекса Российской Федерации и по ст. 319 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Принятое решение не соответствует требованиям ни материального, ни процессуального закона.

Освобождая Т. от уголовной ответственности, суд не учел, что основным непосредственным объектом посягательства в данном случае является не неприкосновенность, честь и достоинство физического лица, а общественные отношения, обеспечивающие охраняемый законом порядок, и фактически потерпевшим является государство в лице представителя власти. При этом здоровье личности является лишь дополнительным объектом посягательства. Поэтому выплата признанному по делу потерпевшим сотруднику милиции Л. в качестве компенсации морального вреда суммы 3000 рублей не является примирением либо деятельным раскаянием, влекущим освобождение от уголовной ответственности.

Кроме того, в соответствии со ст. 308 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации решение о признании подсудимого виновным в совершении преступления принимается только приговором. Судья принял такое решение постановлением, что недопустимо и является существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

С учетом изложенного, в связи с неправильным применением судом уголовного закона и нарушением уголовно-процессуального закона постановление подлежит отмене с направлением дела на новое судебное разбирательство.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 25.05.2005, дело N 22-4923/2005

 

Последствием преступления, в совершении которого обвиняется лицо, явилась смерть потерпевшего, загладить этот вред невозможно, что не было учтено судом при принятии решения о прекращении уголовного преследования.

 

(извлечение)

 

Органами предварительного расследования Р. обвиняется в том, что 15 августа 2004 года он, управляя автомобилем ВАЗ-21103 и являясь участником дорожного движения, совершил наезд на пешехода Б. В результате дорожно-транспортного происшествия потерпевшему были причинены телесные повреждения, от которых он скончался в машине скорой медицинской помощи.

В судебном заседании, по ходатайству сына потерпевшего, уголовное преследование Р. было прекращено в связи с примирением сторон.

В кассационном представлении прокурор поставил вопрос об отмене постановления и направлении дела на новое рассмотрение, поскольку судом не учтены тяжкие последствия, наступившие в результате действий Р. Кроме того, судом не указано, каким образом ущерб от преступления в виде смерти человека возможно возместить полностью, прекращение дела в связи с примирением сторон является правом, а не обязанностью суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационном представлении, судебная коллегия нашла постановление суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с положениями ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред.

Следствием установлено, что представителю потерпевшего по настоящему делу Г. причинен моральный вред в связи со смертью отца, кроме того, он понес расходы на похороны.

Прекращая уголовное преследование в отношении Р., суд в постановлении указал, что ущерб от преступления им возмещен полностью, с потерпевшим Р. примирился.

Вместе с тем по настоящему делу в результате дорожно-транспортного происшествия причинен физический вред непосредственно Б., который в связи со смертью не может защищать свои права и законные интересы, в том числе воспользоваться правом на примирение с обвиняемым.

В соответствии с положениями ч. 8 ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации по уголовным делам о преступлениях, последствием которого явилась смерть лица, только процессуальные права потерпевшего, предусмотренные ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, переходят к одному из близких родственников.

В соответствии с требованиями ст. 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 Уголовного кодекса Российской Федерации, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Последствием преступления, в совершении которого обвиняется Р., является смерть потерпевшего, загладить этот вред невозможно, поэтому с доводами кассационного представления о том, что судом не учтены тяжкие последствия, наступившие в результате действий Р., следует согласиться, постановление о прекращении уголовного преследования подлежит отмене, дело - направлению на новое рассмотрение.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 18.02.2005, дело N 22-2815/2005

 

Принимая решение о прекращении уголовного дела на основании статьи 76 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не удостоверился в том, что подсудимый действительно загладил потерпевшему причиненный вред.

 

(извлечение)

 

В производстве Дзержинского районного суда г. Нижнего Тагила находится уголовное дело по обвинению Р. в совершении 08.10.2004 в отношении Ш. хулиганства и угрозы убийством.

По ходатайству потерпевшего Ш. суд прекратил производство по делу в связи с примирением с подсудимым.

В кассационной жалобе потерпевший Ш. просил постановление судьи отменить, поскольку заявление о примирении с Р. он написал под давлением защитника и помощника прокурора, никакого ущерба подсудимый ему не возместил.

Проверив материалы дела, судебная коллегия сочла постановление судьи подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд на основании заявления потерпевшего вправе прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 Уголовного кодекса Российской Федерации, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Принимая такое решение в отношении Р., суд не удостоверился в том, что подсудимый действительно загладил потерпевшему Ш. причиненный вред.

В материалах дела отсутствуют данные о возмещении потерпевшему морального вреда, потерпевший в жалобе утверждает, что не получил от Р. возмещения морального вреда.

При таких обстоятельствах, судом не соблюдены все необходимые условия для прекращения уголовного дела за примирением с потерпевшим на основании ст. 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следовательно, нельзя признать законным и обоснованным соответствующее постановление суда, оно подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 15.04.2005, дело N 22-3664/2005

 

III. Процессуальные вопросы

 

Уголовно-процессуальный закон не требует отражения в протоколе следственного действия желания (либо нежелания) обвиняемого воспользоваться каждым из прав, предоставляемых ему частью 5 статьи 217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

 

(извлечение)

 

По приговору областного суда С., К. и другие осуждены по п. "д", "ж" ч. 2 ст. 105, п. "а" ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации приговор отменила и дело направила на новое судебное разбирательство со стадии предварительного слушания.

В надзорном представлении заместитель Генерального прокурора Российской Федерации поставил вопрос об отмене кассационного определения в связи с неправильным выводом суда о нарушении органами предварительного расследования права осужденных на рассмотрение дела в ином составе суда, в том числе с участием присяжных заседателей. По мнению автора представления, запись в протоколах ознакомления обвиняемых с материалами уголовного дела о том, что они не желают воспользоваться правами, предусмотренными п. 1 - 3 ч. 5 ст. 217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, соответствует требованиям закона и не лишала их возможности заявить ходатайство об ином составе суда.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации удовлетворил надзорное представление по следующим основаниям.

Отменяя обвинительный приговор суда в отношении всех осужденных по данному делу, суд кассационной инстанции исходил из того, что органами предварительного следствия не в полном объеме выполнены требования уголовно-процессуального закона. В частности, имеющиеся в деле протоколы разъяснения обвиняемым их прав, предусмотренных ч. 5 ст. 217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не содержат всех законных положений, обеспечивающих гарантию прав обвиняемых в случае изъявления ими желания рассмотрения дела судом с участием присяжных заседателей, порядок проведения предварительных слушаний в случаях, предусмотренных ст. 229 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

По мнению суда кассационной инстанции, в силу ч. 2 ст. 218 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в протоколе должна быть отражена позиция обвиняемого относительно каждого конкретного права, предусмотренного ч. 5 ст. 217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а не по всем пунктам указанной статьи одновременно без их раскрытия, как это имело место по данному уголовному делу.

Однако выводы суда кассационной инстанции об отмене приговора нельзя признать обоснованными, соответствующими уголовно-процессуальному закону.

Согласно положениям статьи 13 Федерального закона "О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" Приложения к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации вводятся в действие с 1 июля 2002 года. Бланки процессуальных документов изготавливаются в соответствии с указанными Приложениями.

Вопреки выводам суда кассационной инстанции, протоколы ознакомления обвиняемых с материалами уголовного дела выполнены по данному делу в соответствии с требованиями Приложения 151 на бланках, установленных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Все необходимые графы на них заполнены следователем.

Так, в 3-м томе данного дела имеется протокол ознакомления обвиняемого С. и его защитника с материалами уголовного дела. В протоколе содержатся сведения о разъяснении обвиняемому его прав, предусмотренных ч. 5 ст. 217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Права обвиняемому разъяснены в присутствии его защитника в день ознакомления с материалами дела. Ни от С., ни от его адвоката ходатайств не поступило, что подтверждено их собственноручными записями.

В том же томе находятся аналогичные протоколы, подписанные обвиняемыми К., Ч., Щ. и их защитниками.

После разъяснения обвиняемым прав, предусмотренных ч. 5 ст. 217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ими в тот же день в протоколах ознакомления с материалами уголовного дела каждым лично сделана запись о том, что они не желают воспользоваться правами, предусмотренными п. 1, 2 или 3 ч. 5 ст. 217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, кассационное определение подлежит отмене.

Дело передано на новое кассационное рассмотрение в ином составе судей.

 

Постановление

Президиума Верховного Суда Российской Федерации

N 726п04пр

 

Обзор судебной практики

Верховного Суда Российской Федерации

за четвертый квартал 2004 года

 

Нарушения процессуального закона, влекущие отмену приговора

 

Отсутствие в резолютивной части постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого указания на уголовный закон, по которому оно привлечено в качестве обвиняемого, признается существенным нарушением процессуального закона, влекущим в силу статьи 381 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации отмену приговора.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 27.04.2005, дело N 22-3873/2005

 

В соответствии со статьей 381 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, если осужденному не обеспечена возможность ознакомления с протоколом судебного заседания, то данное процессуальное нарушение является существенным, влекущим отмену приговора суда апелляционной инстанции.

 

(извлечение)

 

Приговором мирового судьи судебного участка N 1 Пышминского района от 12 января 2005 года С. признан виновным в краже чужого имущества на сумму 750 рублей и осужден по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к 1 году 6 мес. лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации - к 5 годам 6 мес. лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Преступление совершено в начале сентября 2003 года при обстоятельствах, указанных в описательной части приговора.

По апелляционному представлению государственного обвинителя дело рассмотрено в апелляционном порядке.

Суд изменил приговор мирового судьи в отношении С., исключив указание суда о признании в его действиях рецидива преступления, вид исправительного учреждения изменил на колонию общего режима.

В кассационной жалобе осужденный С. просил отменить приговор апелляционного суда и дело направить на новое судебное рассмотрение, считая, что суд проигнорировал его заявление об ознакомлении с протоколом судебного заседания.

В возражениях на кассационную жалобу осужденного С. государственный обвинитель просит приговор суда оставить без изменения.

Обсудив доводы жалобы, судебная коллегия считает приговор суда подлежащим отмене в связи с существенным нарушением норм уголовно-процессуального закона.

Как видно из материалов дела, после провозглашения приговора мировым судьей 12 января 2005 года С. в установленный законом срок написал заявление об ознакомлении с протоколом судебного заседания.

Согласно ч. 7 ст. 259 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации председательствующий обеспечивает сторонам возможность ознакомиться с протоколом судебного заседания в течение трех суток со дня получения ходатайства.

Однако мировой судья не выполнил данное требование Закона.

Судья Пышминского районного суда, не устранив нарушение закона, назначил дело в апелляционной инстанции и вынес обвинительный приговор в отношении С.

В соответствии со ст. 381 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, если осужденному не обеспечена возможность ознакомления с протоколом судебного заседания, то данное процессуальное нарушение является существенным, влекущим отмену приговора.

При новом апелляционном рассмотрении суду необходимо принять меры для выполнения мировым судьей требований, предусмотренных ч. 7 ст. 259 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 11.05.2005, дело N 22-М-111/2005

 

Рассмотрев дело в порядке особого производства, суд не убедился в правильности квалификации действий подсудимого, что повлекло постановление незаконного приговора.

 

(извлечение)

 

Приговором суда К. признан виновным в тайном хищении в декабре 2003 года имущества Д. на сумму 1600 рублей, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба гражданину.

В судебном заседании К. свою вину признал полностью.

В кассационном представлении прокурор просил отменить приговор суда, дело направить на новое судебное разбирательство в связи с нарушением уголовно-процессуального законодательства, которое выразилось в том, что суд, назначив дело и рассмотрев его в порядке особого производства, не убедился в правильности квалификации действий подсудимого, что повлекло постановление незаконного приговора, так как К. признан виновным в краже, в том числе и по квалифицирующему признаку значительного ущерба гражданину, хотя стоимость похищенного имущества составляет менее 2500 рублей.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления, судебная коллегия сочла приговор подлежащим отмене по доводам кассационного представления.

В соответствии с ч. 7 ст. 316 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации судья постановляет обвинительный приговор лишь в том случае, если придет к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

Данное требование закона судом не выполнено.

Дело рассмотрено в особом порядке по ходатайству осужденного.

В то же время суд, принимая решение о рассмотрении дела без проведения судебного разбирательства, не проверил обоснованность предъявленного К. обвинения и осудил его за кражу, в том числе с квалифицирующим признаком причинения значительного ущерба гражданину, хотя стоимость похищенного имущества составляет 1600 рублей, что не соответствует требованиям примечания к ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 10.06.2005, дело N 22-5399/2005

 

Закон не предусматривает возможности применения особого порядка принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением при рассмотрении уголовного дела в отношении несовершеннолетнего.

 

(извлечение)

 

По приговору Талицкого районного суда, постановленному без проведения судебного разбирательства, О. признана виновной в систематическом нанесении несовершеннолетней Г. побоев, совершенном ею в период с 2 декабря 2002 года по 1 января 2003 года.

Помимо этого, О. и С. признаны виновными в совершении в период с 3 по 10 июня 2003 года группой лиц по предварительному сговору, неоднократно, с незаконным проникновением в жилище трех краж принадлежащего Н. имущества соответственно на суммы 18500 руб., 40000 руб., 86000 руб.

С., кроме того, признана виновной в совершении в период с 2 по 19 апреля 2003 года еще шести квалифицированных краж принадлежащего Н. имущества соответственно на суммы 4040 руб., 6790 руб., 4000 руб., 13000 руб., 6240 руб. и на 5300 руб.

Проверив материалы дела, президиум счел приговор подлежащими отмене по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, О. и С. осуждены за преступления, совершенные в период с 2 декабря 2002 года по 10 июня 2003 года. То есть к моменту совершения деяний обе не достигли возраста восемнадцати лет.

Между тем согласно требованиям ст. 420 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации производство по уголовному делу о преступлении, совершенном несовершеннолетним, осуществляется в общем порядке, установленном частями второй и третьей Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Возможности применения особого порядка принятия судебного решения в отношении несовершеннолетнего закон не предусматривает, на что обращено внимание и в пункте 28 Постановления N 1 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2004 года "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации".

При таких обстоятельствах следует признать, что у суда не имелось оснований для рассмотрения дела и принятия судебного решения в отношении несовершеннолетних О. и С. в особом порядке без проведения судебного разбирательства, в связи с чем приговор как незаконный подлежит отмене, а дело - направлению на новое судебное разбирательство.

 

Постановление

президиума Свердловского областного суда

от 09.03.2005, дело N 44-У-91/2005

 

Разрешение гражданских исков в уголовном процессе

 

Вопрос о разрешении гражданского иска по существу в уголовном деле в соответствии со статьями 306 и 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации рассматривается лишь при постановлении приговора.

 

(извлечение)

 

Постановлением Московского окружного военного суда в отношении А. применены принудительные меры медицинского характера.

Отдельным постановлением того же суда иски потерпевших к воинской части о компенсации морального вреда оставлены без рассмотрения. Потерпевшие в кассационных жалобах просили отменить это постановление. Военная коллегия нашла постановление законным и обоснованным.

В соответствии со ст. 306 и 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации гражданский иск в уголовном деле может быть разрешен только при постановлении приговора.

Поскольку суд рассматривал вопрос о применении к А. принудительных мер медицинского характера, гражданские иски потерпевших не могли быть рассмотрены по существу.

Оставление же судом гражданского иска без рассмотрения не препятствует последующему его предъявлению и рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

 

Определение

Судебной коллегии по уголовным делам

Верховного Суда Российской Федерации

N 1-019/04

 

Обзор судебной практики

Верховного Суда Российской Федерации

за первый квартал 2005 года

 

Суд выделил рассмотрение гражданского иска в отдельное гражданское судопроизводство, чем нарушил требования статьи 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей возможность признания за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска и передачу вопроса о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

 

(извлечение)

 

Приговором Ирбитского районного суда Свердловской области от 24 декабря 2004 года Б. осужден по п. "а" ч. 2 ст. 166 Уголовного кодекса Российской Федерации к трем годам лишения свободы.

Рассматривая и решая вопрос по гражданскому иску при рассмотрении данного уголовного дела, суд принял решение о выделении его в отдельное гражданское судопроизводство, что не соответствует требованиям ст. 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей признание за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска и передачу вопроса о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

При таких обстоятельствах судебная коллегия сочла необходимым изменить приговор суда в части разрешения гражданского иска и определила признать за гражданским истцом К. право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 02.03.2005, дело N 22-1786/2005

 

Суд обоснованно взыскал с осужденного за разбой компенсацию морального вреда.

 

(извлечение)

 

По приговору суда Р. осужден по п. "б", "в" ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлено взыскать с Р. и П. в пользу С. в возмещение материального ущерба 184847 рублей солидарно и по 50000 рублей компенсации морального вреда.

Установлено, что в ходе разбойного нападения потерпевшему был причинен ущерб в крупном размере на общую сумму 178102 рубля, остальные деньги остались на месте преступления и были возвращены затем потерпевшей.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации приговор изменила, исключила осуждение Р. по п. "в" ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением судьи городского суда действия Р. переквалифицированы с п. "б" ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 2 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г.), исключено применение дополнительного наказания в виде конфискации имущества.

В надзорной жалобе осужденный Р. поставил вопрос об отмене судебных решений в части взыскания с него морального вреда в связи с непричастностью к убийству потерпевшего, а в части возмещения материального ущерба - в связи с неправильным установлением размера ущерба.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации надзорную жалобу осужденного удовлетворил частично по следующим основаниям.

По смыслу закона моральный вред - это, в том числе, нравственные или физические страдания, причиненные действиями, посягающими на принадлежащие гражданину от рождения нематериальные блага (жизнь, здоровье). Разбой предусматривает применение осужденными насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, и поэтому судом с Р. обоснованно взыскана компенсация морального вреда.

С доводами надзорной жалобы о неверном установлении размера причиненного разбоем материального ущерба согласиться нельзя, так как размер ущерба установлен в соответствии с показаниями потерпевшей С., достоверно знавшей о количестве денег у убитого сына.

 

Постановление

Президиума Верховного Суда Российской Федерации

N 634п04

 

Обзор судебной практики

Верховного Суда Российской Федерации

за четвертый квартал 2004 года

 

Процессуальные издержки, связанные с участием в уголовном деле адвоката по назначению, подлежат взысканию с осужденного.

 

(извлечение)

 

Согласно приговору М. осужден за совершение ряда преступлений, в том числе тяжких и особо тяжких, к 19 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановлением судьи решено произвести оплату труда адвоката в сумме 3970 рублей за счет средств федерального бюджета, указанную сумму в порядке регресса взыскать с М.

На данное решение судьи М. подана кассационная жалоба, в которой он указал, что от оплаты труда адвоката отказывается, так как адвокат участвовал в деле по назначению, а это, по его мнению, предполагает, что такое участие в деле является бесплатным.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации постановление судьи оставила без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения по следующим основаниям.

В соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством процессуальные издержки, связанные с участием в уголовном деле адвоката, подлежат взысканию с осужденного. За счет федерального бюджета расходы на оплату труда адвоката возмещаются лишь в случае, если подозреваемый или обвиняемый заявил ходатайство об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в деле по назначению (ч. 4 ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Как видно из материалов дела, М. таких ходатайств ни на следствии, ни в судебном заседании не заявлял, в связи с чем судья обоснованно взыскала с него процессуальные издержки, связанные с участием адвоката в деле, поскольку обязанность по возмещению оплаты труда адвоката возлагается на осужденного.

 

Определение

Судебной коллегии по уголовным делам

Верховного Суда Российской Федерации

N 52-О04-13

 

Обзор судебной практики

Верховного Суда Российской Федерации

за первый квартал 2005 года

 

VI. Рассмотрение иных судебных материалов

 

Суд в нарушение требований закона не рассмотрел ходатайство прокурора о продлении на 72 часа срока задержания для представления дополнительных доказательств об обоснованности ходатайства об избрании подозреваемому меры пресечения в виде заключения под стражу и не принял по нему решение.

 

(извлечение)

 

Постановлением Кировского районного суда отказано в удовлетворении ходатайства следователя об избрании подозреваемому в мошенничестве М. меры пресечения в виде заключения под стражу. При этом в постановлении указано, что М. имеет постоянное место жительства и работы в г. Екатеринбурге, личность его установлена. Заявление, что он может скрыться и воспрепятствовать следствию, является надуманным, доказательств этого не представлено.

В кассационном представлении прокурор указал, что при вынесении решения суд не учел данных о личности М., которому инкриминируется совершение преступления в период условного осуждения за хищение, он подозревается в совершении преступления, за которое предусмотрено лишение свободы на срок до 5 лет. Также судом не указаны основания отказа в удовлетворении ходатайства прокурора о продлении срока задержания М., хотя в суде прокурором было заявлено ходатайство о продлении срока его задержания на 72 часа для предоставления дополнительных материалов.

Рассмотрев материалы дела и обсудив доводы представления прокурора, судебная коллегия нашла его обоснованным и подлежащим удовлетворению.

В судебном заседании прокурор заявил ходатайство о продлении на 72 часа срока задержания М. для представления дополнительных доказательств об обоснованности ходатайства об избрании в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу, в том числе данных о его судимости.

Однако суд в нарушение п. 3 ч. 7 ст. 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации данное ходатайство прокурора не рассмотрел и решение по нему не принял.

Постановление суда не мотивировано, поэтому признать его законным и обоснованным нельзя.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 20.05.2005, дело N 22-4768/2005

 

Ни уголовно-процессуальным, ни уголовно-исполнительным законодательством не предусмотрено избрание меры пресечения в виде заключения под стражу при изменении вида исправительного учреждения, в котором осужденный должен отбывать наказание.

 

(извлечение)

 

Согласно приговору Сухоложского городского суда от 18 ноября 2004 года, А. был осужден по ч. 1 ст. 318 Уголовного кодекса Российской Федерации к одному году шести месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении. Постановлением Камышловского городского суда от 11 марта 2005 года осужденный был переведен для дальнейшего отбывания наказания в исправительную колонию общего режима.

В кассационной жалобе осужденный выражает свое несогласие с постановлением, поскольку, по его мнению, на него необоснованно были наложены взыскания.

Изучив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, судебная коллегия сочла постановление подлежащим изменению.

В соответствии с ч. 2 ст. 116 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации злостным может быть признано совершение в течение одного года повторного нарушения установленного порядка отбывания наказания, если за каждое из этих нарушений осужденный был подвергнут взысканию в виде водворения в штрафной изолятор.

В период с 9 февраля по 28 февраля 2005 года на осужденного трижды налагались взыскания, в том числе он дважды водворялся в штрафной изолятор.

Оснований для признания наложенных на осужденного взысканий неправомерными судебная коллегия не усматривает.

Осужденный отказался давать объяснения по нарушениям, за которые он водворялся в штрафной изолятор.

27 февраля 2005 года он признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания. Согласно п. "б" ч. 4 ст. 78 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные, являющиеся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, могут быть переведены из колонии-поселения, в которую они были направлены по приговору суда, в исправительную колонию общего режима.

Поэтому решение о переводе осужденного для дальнейшего отбывания наказания в исправительную колонию общего режима соответствует требованиям закона.

Вместе с тем суд избрал в отношении осужденного меру пресечения в виде заключения под стражу.

Ни уголовно-процессуальным, ни уголовно-исполнительным законодательством не предусмотрено избрание меры пресечения в виде заключения под стражу при изменении вида исправительного учреждения, в котором осужденный должен отбывать наказание.

Поэтому из постановления подлежит исключению указание об избрании в отношении осужденного меры пресечения в виде заключения под стражу.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 29.04.2005, дело N 22-4048/2005

 

Вопрос: В соответствии с частью 2 статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федерации, если новый уголовный закон смягчает наказание за деяние, которое отбывается лицом, то это наказание подлежит сокращению в пределах, предусмотренных новым уголовным законом.

Вправе ли суд, рассматривающий вопросы, связанные с исполнением приговора в порядке, предусмотренном пунктом 13 статьи 397 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, смягчить наказание осужденному ниже верхнего предела санкции соответствующей статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, имеющей обратную силу?

 

Ответ: В соответствии со ст. 10 Уголовного кодекса Российской Федерации и ст. 3 Федерального закона "О введении в действие Уголовного кодекса Российской Федерации" (N 64-ФЗ от 13 июня 1996 года), вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу, мера наказания лицам, осужденным по ранее действующему уголовному закону и не отбывшим наказание, подлежит сокращению до верхнего предела санкции соответствующей статьи Уголовного кодекса Российской Федерации с учетом положений статей 62, 65, 66 и 88 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Смягчить осужденному назначенное наказание ниже верхнего предела санкции нового уголовного закона может только суд надзорной инстанции, при наличии к тому законных оснований.

 

ответ утвержден

Постановлением

Президиума Верховного Суда Российской Федерации

от 15 декабря 2004 года

 

Бюллетень

Верховного Суда Российской Федерации,

N 4, 2005

 

При пересмотре приговора в порядке пункта 13 статьи 397 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд, исключив осуждение лица по статье 158 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с декриминализацией совершенного им хищения, должен был исключить и его осуждение по части 4 статьи 150 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку осужденный был признан виновным в вовлечении в совершение преступления несовершеннолетнего именно по данному эпизоду кражи.

 

Постановление

президиума Свердловского областного суда

от 04.05.2005, дело N 44-У-241/2005

 

На основании требований статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федерации действия виновного переквалифицированы с пункта "в" части 4 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г.) на пункт "в" части 3 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 г.).

 

(извлечение)

 

По приговору суда К. осужден по п. "з" ч. 2 ст. 105 и п. "в" ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г.).

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации приговор оставила без изменения.

Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации в надзорном представлении поставил вопрос о переквалификации действий осужденного с п. "в" ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции от 8 декабря 2003 г.) на п. "в" ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции от 13 июня 1996 г.)

Президиум Верховного Суда Российской Федерации удовлетворил надзорное представление по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, К. было предъявлено обвинение по п. "в" ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 г.), санкция которой предусматривала дополнительное наказание в виде конфискации имущества.

С учетом изменений, внесенных Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. в Уголовный кодекс Российской Федерации, п. "ж" ст. 44 и ст. 52 Уголовного кодекса Российской Федерации, устанавливающие наказание в виде конфискации имущества, утратили силу.

В то же время ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации в новой редакции, усиливая ответственность, в качестве дополнительного наказания предусматривает штраф в размере до одного миллиона рублей либо в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет.

Таким образом, с учетом изменений, внесенных в Уголовный кодекс Российской Федерации, ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации по сравнению с ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 г.) ухудшает положение осужденного.

Согласно ч. 1 ст. 9 Уголовного кодекса Российской Федерации преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения преступления.

Обратную силу в соответствии со ст. 10 Уголовного кодекса Российской Федерации имеет уголовный закон, который устраняет преступность деяния, смягчает наказание или иным образом улучшает положение лица, совершившего преступление. Исходя из этих положений Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не вправе был квалифицировать действия К. по указанному Закону в новой редакции.

Судебная коллегия, оставив приговор без изменения, не устранила ошибку, допущенную судом первой инстанции.

В кассационном определении указано, что санкция ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 г.) и ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г.) относительно основного наказания равнозначны, а дополнительное наказание в виде штрафа, предусмотренное ч. 4 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации в новой редакции, с учетом положений ч. 1 ст. 10 Уголовного кодекса Российской Федерации не может быть назначено судом.

Однако этот довод нельзя признать убедительным. Дополнительное наказание в виде штрафа К. действительно не могло быть назначено, однако это обстоятельство не может влиять на оценку тяжести примененного судом закона.

 

Постановление

Президиума Верховного Суда Российской Федерации

N 722п04пр

 

Обзор судебной практики

Верховного Суда Российской Федерации

за первый квартал 2005 года

 

Разрешая вопросы, связанные с исполнением приговора, наказание по которому в виде лишения свободы постановлено считать условным, судья вопреки требованиям закона произвел замену условного осуждения на реальное наказание в виде штрафа.

 

(извлечение)

 

По приговору Красноуфимского городского суда от 29 июня 2004 года К. был признан виновным в умышленном причинении смерти И.

Как явствует из материалов дела, в отношении К. Красноуфимским городским судом было постановлено два приговора: от 29 июня 2004 года и от 15 января 2004 года.

Согласно приговору суда от 29 июня 2004 года, К. осужден за деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, имевшее место 3 октября 2003 года, то есть до вынесения по первому делу приговора суда от 15 января 2004 года.

Приговором суда от 15 января 2004 года К., 1987 года рождения, признан виновным в совершении в ночь на 10 августа 2003 года тайного хищения принадлежащего П. имущества на общую сумму 1150 руб. и осужден по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к одному году лишения свободы условно с испытательным сроком в один год и возложением ряда обязанностей.

Постановлением судьи от 27 января 2004 года, вынесенным в порядке п. 13 ст. 397, ст. 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 10, 88 Уголовного кодекса Российской Федерации, решено назначенное К. по приговору от 15 января 2004 года по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации условное наказание в виде лишения свободы заменить на штраф в размере 2500 руб.

Между тем, согласно закону, если после вынесения судом приговора по делу будет установлено, что осужденный виновен еще и в другом преступлении, совершенном им до вынесения приговора суда по первому делу, то окончательное наказание по совокупности преступлений назначается в соответствии с ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по правилам, предусмотренным частями 2 и 3 указанной статьи.

Согласно последнему приговору было принято решение об исполнении указанного приговора при наличии другого неисполненного приговора суда от 15 января 2004 года, и осужденному К. было назначено наказание по совокупности преступлений по правилам ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации путем полного сложения наказаний, назначенных по обоим приговорам. Однако при назначении К. окончательного наказания по совокупности преступлений, суд в резолютивной части приговора наряду с ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации и ст. 71 Уголовного кодекса Российской Федерации, регулирующей порядок определения сроков наказаний при сложении наказаний разных видов, также сослался на ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации, регламентирующую назначение наказания по совокупности приговоров.

К тому же первый приговор в отношении К. был постановлен 15 января 2004 года, то есть в период действия нового Закона, принятого в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года N 162, внесшего изменения и дополнения в статью 88 Уголовного кодекса Российской Федерации, согласно части 6 которой наказание в виде лишения свободы не может быть назначено несовершеннолетнему осужденному, совершившему в возрасте до шестнадцати лет преступление небольшой или средней тяжести впервые.

Как явствует из приговора от 15 января 2004 года, К. в возрасте пятнадцати лет совершил преступление небольшой тяжести впервые.

Таким образом, в отношении К. не могло быть назначено наказание в виде лишения свободы.

Судьей же суда, постановившего приговор, принято постановление по вступившему в законную силу приговору в порядке ст. 397, 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, что противоречит требованиям закона о кассационном либо надзорном порядке рассмотрения уголовного дела при наличии оснований для отмены либо изменения судебного решения.

Кроме того, разрешая вопросы, связанные с исполнением приговора, наказание по которому в виде лишения свободы постановлено считать условным, судья вопреки требованиям закона произвел замену условного осуждения на реальное наказание в виде штрафа.

Согласно же ч. 1 ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации суд постановляет считать осуждение условным, если назначает наказание в виде исправительных работ, ограничения по военной службе, ограничения свободы, содержания в дисциплинарной воинской части или лишения свободы на срок до восьми лет. Из этого положения закона вытекает, что наказание в виде штрафа не может быть признано условным.

При таких обстоятельствах постановление судьи о разрешении в порядке п. 13 ст. 397, ст. 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 10, 88 Уголовного кодекса Российской Федерации вопросов, связанных с исполнением приговора Красноуфимского городского суда от 15 января 2004 года, подлежит отмене, а производство по делу в этой части надлежит прекратить.

Приговор же от 15 января 2004 года в части назначенного осужденному наказания по изложенным выше основаниям следует изменить, и президиум находит возможным назначить К. наказание в виде исправительных работ с применением к нему положений ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Поскольку деяния, за которые К. осужден по обоим приговорам, в силу ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации образуют совокупность преступлений, первый приговор, осуждение по которому было постановлено считать условным, надлежит исполнять самостоятельно.

По изложенным основаниям президиум принял решение постановление судьи Красноуфимского городского суда Свердловской области от 27 января 2004 года о разрешении в порядке п. 13 ст. 397, ст. 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 10, 88 Уголовного кодекса Российской Федерации вопросов, связанных с исполнением приговора Красноуфимского городского суда от 15 января 2004 года, отменить и производство по делу в этой части прекратить.

Приговор Красноуфимского городского суда Свердловской области от 15 января 2004 года в отношении К. изменить: назначить ему по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание в виде одного года исправительных работ с удержанием 10% заработной платы ежемесячно в доход государства, которое считать условным, в силу ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, с испытательным сроком в один год и возложением на него обязанностей, установленных по приговору суда.

Приговор Красноуфимского городского суда Свердловской области от 29 июня 2004 года в отношении К. изменить: исключить указание суда о назначении осужденному наказания по совокупности преступлений по правилам ч. 5 ст. 69, ст. 70, 71 Уголовного кодекса Российской Федерации и считать К. осужденным по ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации к пяти годам пяти месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии.

Приговор Красноуфимского городского суда Свердловской области от 15 января 2004 года в отношении К. об условном осуждении исполнять самостоятельно.

 

Постановление

президиума Свердловского областного суда

от 09.03.2005, дело N 44-У-40/2005

 

Суд в порядке исполнения приговора в соответствии с пунктом 11 статьи 397 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации может только зачесть в срок отбытия наказания время содержания осужденного под стражей либо время пребывания в лечебном учреждения.

 

(извлечение)

 

Воронежским областным судом 25 марта 2004 г. Т. изменена дата исчисления срока отбытия наказания по приговору этого суда от 23 января 2004 г.

В кассационной жалобе осужденный Т. просил постановление суда отменить, считая, что суд незаконно вынес постановление по разрешению вопроса, связанного с исполнением приговора, так как приговор не вступил в законную силу.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации 11 октября 2004 г. постановление суда отменила и дело в этой части прекратила, указав следующее.

Т. осужден к лишению свободы по приговору от 23 января 2004 г. Срок отбывания наказания ему исчислен с 18 мая 2002 г.

На приговор поданы кассационные жалобы, в связи с чем он не вступил в законную силу.

Т. и другие осужденные по данному делу знакомились с протоколом судебного заседания, поэтому дело длительное время не направлялось в кассационную инстанцию и находилось в областном суде.

В соответствии с процессуальным законом до вступления приговора в законную силу какие-либо изменения в него могут быть внесены при рассмотрении кассационной инстанцией жалоб и представлений на приговор. Основания изменения приговора указаны в ст. 379 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Однако 25 марта 2004 г. судья вынес постановление об изменении приговора в части исчисления срока отбывания наказания осужденному Т. Исчисление срока отбывания лишения свободы с 18 мая 2002 г. судья заменил на дату - с 19 июня 2002 г.

Вынесение подобных постановлений не предусмотрено законом. Судья сослался на ст. 397 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в которой говорится о рассмотрении вопросов, возникших при исполнении приговоров, вступивших в законную силу. Однако такая замена срока отбывания наказания не предусмотрена и по приговорам, вступившим в законную силу, в порядке их исполнения.

В соответствии с п. 11 ст. 397 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в порядке исполнения приговора может только зачесть в срок отбывания наказания время содержания осужденного под стражей либо время пребывания в лечебном учреждении.

Заменить дату, с которой исчисляется срок отбывания наказания на более позднюю, может только суд первой инстанции после отмены в этой части приговора кассационной инстанцией по жалобе потерпевшего или по представлению государственного обвинителя.

 

Определение

Судебной коллегии по уголовным делам

Верховного Суда Российской Федерации

от 11 октября 2004 г. N 14-О04-34сп

 

Бюллетень

Верховного Суда Российской Федерации,

N 3, 2005

 

Из положений статьи 175 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, одним из критериев того, что осужденный для дальнейшего исправления не нуждается в полном отбывании наказания, является частичное или полное возмещение им причиненного ущерба либо заглаживание иным образом вреда, причиненного в результате преступления.

 

(извлечение)

 

Осужденный Ю. 24 февраля 2005 года обратился в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

Судья Невьянского городского суда данное ходатайство удовлетворил, посчитав, что Ю. твердо встал на путь исправления и не нуждается в полном отбывании наказания, назначенного приговором суда.

В кассационном представлении Свердловский прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях просил постановление судьи отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение. Прокурор указал, что Ю. за длительное время пребывания в местах лишения свободы, где он работал, возместил лишь незначительную часть причиненного преступлением ущерба, а потому, по мнению прокурора, не доказал своего исправления и не заслужил условно-досрочное освобождение.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления, судебная коллегия считает их обоснованными, а постановление судьи подлежащим отмене.

Согласно ст. 79 Уголовного кодекса Российской Федерации, лицо, отбывающее лишение свободы, может быть освобождено условно-досрочно, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания. При этом судом должна учитываться совокупность всех обстоятельств, свидетельствующих о том, что осужденный доказал свое исправление.

Как вытекает из положений ст. 175 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, одним из критериев того, что осужденный для дальнейшего исправления не нуждается в полном отбывании наказания, является частичное или полное возмещение им причиненного ущерба либо заглаживание иным образом вреда, причиненного в результате преступления.

Согласно имеющейся в деле справке, Ю., отбывающий наказание с октября 2000 года в исправительной колонии, где он, судя по характеристике, работал, из причиненного преступлением ущерба в размере 140000 руб. возместил лишь 572 руб.

Однако судья никакой оценки данному обстоятельству не дал, не выяснил, по какой причине Ю. практически не возмещал причиненный преступлением ущерб, не установил, принимал ли он какие-либо иные меры к заглаживанию причиненного вреда.

Поэтому судебная коллегия не может признать решение судьи об условно-досрочном освобождении Ю. от отбывания наказания законным.

 

Определение

судебной коллегии по уголовным делам

Свердловского областного суда

от 29.04.2005, дело N 22-4048/2005

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ДЕЛАМ

ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ

 

Вопросы применения Кодекса Российской Федерации

об административных правонарушениях

за четвертый квартал 2004 года

 

(извлечение)

 

Вопрос 9: Вправе ли должностные лица, не указанные в части 2 статьи 23.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных, в частности, статьями 16.2 - 16.23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (административные правонарушения в области нарушения таможенных правил)?

 

Ответ: Исходя из положений ч. 1 и 2 ст. 28.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях протоколы об административных правонарушениях вправе составлять должностные лица органов, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях в соответствии с главой 23 Кодекса, и должностные лица федеральных органов исполнительной власти, их учреждений, структурных подразделений и территориальных органов, а также иных государственных органов в соответствии с задачами и функциями, возложенными на них федеральными законами либо нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации или Правительства Российской Федерации.

Согласно ч. 4 ст. 28.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях перечень должностных лиц, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях в соответствии с ч. 2 и 3 ст. 28.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, устанавливается соответствующими федеральными органами исполнительной власти.

Перечень должностных лиц таможенных органов Российской Федерации, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях в  области нарушения таможенных правил, утвержден Приказом Федеральной таможенной службы (ФТС России) от 1 октября 2004 года N 98.

Следовательно, при решении вопроса о компетенции должностных лиц таможенных органов составлять протоколы об административных правонарушениях следует руководствоваться вышеназванными положениями нормативных правовых актов.

Таким образом, протоколы об административных правонарушениях в области нарушения таможенных правил, предусмотренных, в частности, ст. 16.2 - 16.23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вправе составлять должностные лица, указанные в ч. 2 ст. 23.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и в Приказе ФТС России от 1 октября 2004 года "О должностных лицах таможенных органов Российской Федерации, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях и осуществлять административное задержание".

 

Вопрос 10: Как следует квалифицировать действия по управлению транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения и не имеющим права управления транспортным средством?

 

Ответ: Статья 12.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает ответственность за управление транспортным средством водителем, не имеющим права управления транспортным средством.

Статья 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях устанавливает ответственность за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, и передачу управления транспортным средством лицу, находящемуся в состоянии опьянения.

В случае управления транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения и не имеющим права управления транспортным средством, объективно присутствуют составы правонарушений, предусмотренных ст. 12.7 и 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, следовательно, данное действие следует квалифицировать по данным статьям.

 

Вопрос 11: Вправе ли прокурор, возбудив дело об административном правонарушении, передать его для производства административного расследования уполномоченному должностному лицу?

 

Ответ: Согласно ч. 1 ст. 28.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 5.1, 5.7, 5.21, 5.23 - 5.25, 5.45, 5.48, 5.52, 7.24, 12.35, 12.36, 13.11, 13.14, ч. 1 и 2 ст. 14.25, ст. 15.10, ч. 3 ст. 19.4, ст. 19.9, 20.26 Кодекса, возбуждаются прокурором. При осуществлении надзора за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации, прокурор также вправе возбудить дело о любом другом административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законом субъекта Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 28.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в случаях, если после выявления административного правонарушения в области антимонопольного законодательства, законодательства о рекламе, о выборах и референдумах, законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, валютного законодательства Российской Федерации и актов органов валютного регулирования, законодательства о защите прав потребителей, в области налогов и сборов, таможенного дела, охраны окружающей среды, производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, пожарной безопасности, дорожного движения и на транспорте осуществляются экспертиза или иные процессуальные действия, требующие значительных временных затрат, проводится административное расследование.

Исходя из анализа приведенных положений можно сделать вывод, что прокурор вправе возбудить дело об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законами субъектов Российской Федерации, и передать его для административного расследования уполномоченному должностному лицу.

 

Вопрос 12: Вправе ли орган, осуществляющий производство по делу об административном правонарушении, или должностные лица, уполномоченные составлять протоколы об административных правонарушениях, обжаловать в порядке статьи 30.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях постановление по делу об административном правонарушении, вынесенное судьей?

 

Ответ: Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает право на обжалование постановления по делу об административном правонарушении лиц, указанных в ст. 25.1 - 25.5.

Должностные лица, уполномоченные составлять протоколы об административных правонарушениях, и орган, осуществляющий производство по делу об административном правонарушении, не наделены таким правом и, следовательно, обжаловать в порядке ст. 30.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях постановление по делу об административном правонарушении, вынесенное судьей, не вправе.

 

Вопрос 13: Являются ли должностные лица, уполномоченные составлять протоколы об административных правонарушениях, и орган, осуществляющий производство по делу об административных правонарушениях, участниками производства по делам об административных правонарушениях?

 

Ответ: Как видно из содержания главы 25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, должностные лица, уполномоченные составлять протоколы об административных правонарушениях, и орган, осуществляющий производство по делу об административных правонарушениях, не указаны в качестве участников производства по делам об административных правонарушениях, поскольку они являются должностным лицом или органом государственной власти, к компетенции которого отнесено составление протоколов или рассмотрение дел об административных правонарушениях в соответствии со ст. 28.3 и главой 23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

На этом основании должностные лица, уполномоченные составлять протоколы об административных правонарушениях, и орган, осуществляющий производство по делу об административных правонарушениях, не являются участниками производства по делам об административных правонарушениях.

 

Вопрос 14: Должен ли суд при рассмотрении дела по жалобе на постановление сотрудников ГИБДД о совершении лицом административного правонарушения выяснять вопрос только о виновности лица в нарушении Правил дорожного движения или также о наличии (отсутствии) вины в причинении материального ущерба, возникшего в результате ДТП?

 

Ответ: Административным правонарушением в силу ч. 1 ст. 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое Кодексом об административных правонарушениях или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Как предусмотрено ст. 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, задачами производства по делам об административных правонарушениях является всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

В ст. 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, устанавливающей перечень обстоятельств, подлежащих выяснению по делу об административном правонарушении, закреплено содержание предмета доказывания.

Исходя из содержания вышеназванной нормы суд при рассмотрении дела по жалобе на постановление органов ГИБДД об административном правонарушении выясняет вопрос о наличии события административного правонарушения, то есть имело ли место противоправное деяние, выразившееся в нарушении Правил дорожного движения и подпадающее под диспозицию, содержащуюся в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях. При этом при наличии потерпевшего дело должно рассматриваться с его участием.

Вопрос о причинно-следственной связи между нарушением лицом Правил дорожного движения и причинением материального ущерба, возникшего вследствие ДТП, будет разрешаться в порядке гражданского судопроизводства.

 

Вопрос 15: Производится ли оплата труда адвокатов по делам об административных правонарушениях?

 

Ответ: Согласно ч. 1 ст. 24.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях суммы, израсходованные на оплату труда адвокатов по делам об административных правонарушениях, не входят в состав издержек по делу об административном правонарушении. Таким образом, эти суммы не могут быть взысканы по правилам ч. 2 и 3 ст. 24.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Следовательно, согласно общему правилу расходы на оплату труда адвокатов по делам об административных правонарушениях несут лица, привлекающие их для защиты своих прав и свобод.

В тех случаях, когда в отношении лица, привлеченного к административной ответственности, производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п. 1 и п. 2 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, применяются правила ст. 1069 - 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые устанавливают возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Анализ указанных норм Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет сделать вывод о том, что расходы на оплату труда адвокатов в случае прекращения производства по делу об административном правонарушении на основании п. 1 и 2 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях возмещаются за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, - за счет казны субъекта Российской Федерации.

 

Вопрос 16: Вправе ли прокурор, возбудивший производство по делу об административном правонарушении, приносить протест на не вступившее в законную силу постановление по делу об административном правонарушении, учитывая положения статьи 24.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в соответствии с которой прокурорский надзор не может осуществляться в отношении дел, находящихся в производстве суда?

 

Ответ: В соответствии со ст. 24.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Генеральный прокурор Российской Федерации и назначаемые им прокуроры осуществляют в пределах своей компетенции надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением действующих на территории Российской Федерации законов при производстве по делам об административных правонарушениях, за исключением дел, находящихся в производстве суда.

Порядок и сроки принесения протеста на не вступившие в законную силу постановления об административных правонарушениях, а также порядок и сроки их рассмотрения установлены ст. 30.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Следовательно, право прокурора приносить протест, в том числе и на не вступившее в законную силу постановление по делу об административном правонарушении, прямо предусмотрено нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а именно ст. 25.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в соответствии с которой прокурор вправе приносить протест на постановление по делу об административном правонарушении независимо от участия в деле.

 

Ответы на вопросы

за четвертый квартал 2004 года,

утвержденные Постановлением

Президиума Верховного Суда Российской Федерации

от 9 февраля 2005 г.

 

Вопросы применения Кодекса Российской Федерации

об административных правонарушениях

за первый квартал 2005 года

 

(извлечение)

 

Вопрос 16: Надо ли при квалификации действий по статье 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации (за осуществление предпринимательской деятельности без государственной регистрации или без специального разрешения) руководствоваться понятием предпринимательской деятельности, данным в статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации?

 

Ответ: Статья 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации устанавливает ответственность за осуществление предпринимательской деятельности без государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя или юридического лица, а также за осуществление предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии), если такое разрешение (лицензия) обязательно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ, оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Исходя из пункта 1 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

Аналогичное положение, в соответствии с которым юридическое лицо подлежит государственной регистрации в уполномоченном государственном органе, содержит пункт 1 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Порядок государственной регистрации юридических лиц, а также физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей регулируется Федеральным законом "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей".

Кроме того, из положений статей 23 и 49 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что отдельными видами деятельности, перечень которых определяется Федеральным законом "О лицензировании отдельных видов деятельности", юридические лица и индивидуальные предприниматели без образования юридического лица могут заниматься только на основании специального разрешения (лицензии).

Следовательно, при квалификации действий по статье 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации судья должен руководствоваться понятием предпринимательской деятельности, которое дано в статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положениями Федеральных законов "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" и "О лицензировании отдельных видов деятельности" и издаваемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами Российской Федерации.

 

Вопрос 17: Подлежит ли собственник (арендатор или иной пользователь) привлечению к административной ответственности по статье 19.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации за несоблюдение порядка государственной регистрации прав на недвижимое имущество в случае неосуществления им такой регистрации в определенный срок?

 

Ответ: Статья 19.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации предусматривает административную ответственность за несоблюдение собственником, арендатором или иным пользователем установленного порядка государственной регистрации прав на недвижимое имущество или сделок с ним.

Согласно пунктам 1, 6 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней, в порядке, установленном законом о регистрации прав на недвижимое имущество.

Как следует из статьи 4 Федерального закона от 21 июля 1997 года (в редакции от 30 декабря 2004 года) "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", вышеназванная регистрация является обязательной.

Государственная регистрация прав на недвижимое имущество проводится на основании заявления правообладателя, стороны (сторон) договора или уполномоченного им (ими) на то лица при наличии у него надлежащим образом оформленной доверенности (статья 16 Федерального закона).

Следовательно, регистрация права на недвижимое имущество осуществляется по инициативе управомоченных лиц и носит заявительный характер. При этом Федеральным законом не установлен срок для подачи такого заявления.

В соответствии с пунктом 3 статьи 13 Федерального закона государственная регистрация проводится не позднее чем в месячный срок со дня подачи заявления и документов, необходимых для государственной регистрации.

Таким образом, месячный срок, отнесенный данной нормой к порядку государственной регистрации, установлен только для органа, осуществляющего регистрацию прав на недвижимое имущество.

Из изложенного следует, что поскольку Законом не установлен срок для подачи управомоченным лицом заявления на регистрацию прав на недвижимое имущество, а указанный выше месячный срок установлен лишь для органа, осуществляющего регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, собственник (арендатор или иной пользователь) не может быть привлечен к административной ответственности по статье 19.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации за несоблюдение порядка государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним в случае, если он не осуществит такую регистрацию в определенный срок.

 

Вопрос 18: Можно ли отнести к длящимся правонарушениям умышленную порчу или утрату документов воинского учета? Если нет, то с какого момента необходимо исчислять срок для привлечения к ответственности - с момента утраты документа или с того момента, когда военкомату стало об этом известно?

 

Ответ: Длящимся является такое административное правонарушение (действие или бездействие), которое выражается в длительном, непрекращающемся невыполнении или ненадлежащем выполнении обязанностей, возложенных на нарушителя законом.

Статья 21.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации предусматривает ответственность за умышленную порчу или утрату документов воинского учета.

Данное правонарушение не относится к длящимся правонарушениям, поскольку умышленная порча или утрата документов воинского учета является одномоментным действием.

Следовательно, сроки давности привлечения к административной ответственности по статье 21.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации должны исчисляться по общему правилу - с момента совершения административного правонарушения, то есть с момента порчи или утраты соответствующего документа.

 

Вопрос 19: Могут ли быть самостоятельно обжалованы (опротестованы) определения, выносимые органом, должностным лицом, судьей в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении, не препятствующие дальнейшему движению дела (например, определение об отказе в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы и т.д.)?

 

Ответ: Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не предусматривает порядок обжалования определений, не препятствующих дальнейшему движению дела об административном правонарушении.

Однако возражения относительно данных определений могут быть включены в жалобу (протест) на постановление по делу об административном правонарушении.

 

Вопрос 20: Должна ли включаться в сумму недекларированной иностранной валюты, являющейся предметом административного правонарушения, предусмотренного статьей 16.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации, сумма 3000 долларов США, не подлежащая декларированию на основании части 3 статьи 15 Федерального закона "О валютном регулировании и валютном контроле"?

 

Ответ: Статья 16.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации устанавливает ответственность за недекларирование либо недостоверное декларирование товаров и (или) транспортных средств.

В соответствии со статьей 12 Таможенного кодекса Российской Федерации порядок перемещения через таможенную границу валюты Российской Федерации, иностранной валюты и иных валютных ценностей регулируется законодательством Российской Федерации о валютном регулировании и валютном контроле и Таможенным кодексом.

Часть 3 статьи 15 Федерального закона "О валютном регулировании и валютном контроле" устанавливает, что при единовременном вывозе наличной иностранной валюты в сумме, равной в эквиваленте 3000 долларов США или не превышающей этой суммы, вывозимая иностранная валюта не подлежит декларированию таможенному органу.

При единовременном вывозе из Российской Федерации наличной иностранной валюты, превышающей в эквиваленте 3000 долларов США, вывозимая иностранная валюта подлежит декларированию таможенному органу путем подачи письменной таможенной декларации на всю сумму вывозимой иностранной валюты.

Поскольку исходя из положений абзаца второго части 3 статьи 15 Федерального закона "О валютном регулировании и валютном контроле" декларированию подлежит вся сумма вывозимой иностранной валюты, то предметом административного правонарушения, предусмотренного статьей 16.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации, должна являться вся сумма, на которую обязана быть оформлена таможенная декларация, включая сумму 3000 долларов США.

Федеральным законом от 20 августа 2004 года N 118-ФЗ "О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и Таможенный кодекс Российской Федерации", который вступил в силу с 1 октября 2004 года, введена статья 16.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации, предусматривающая ответственность за недекларирование либо недостоверное декларирование физическими лицами иностранной валюты или валюты Российской Федерации. Ответственность за это правонарушение предусмотрена в виде штрафа, размер которого составляет от десяти до двадцати пяти минимальных размеров оплаты труда.

 

Ответы на вопросы

за первый квартал 2005 года,

утвержденные Постановлениями

Президиума Верховного Суда Российской Федерации

от 4, 11 и 18 мая 2005 г.

 

Производство по делам об административных правонарушениях

 

(извлечение)

 

3. Постановление о применении административного наказания в виде штрафа не должно содержать указания на то, в доход какого бюджета подлежит взысканию штраф.

 

Постановлением судьи районного суда организация привлечена к административной ответственности за незаконное перемещение через таможенную границу Российской Федерации незаявленного в товаросопроводительных документах товара на определенную сумму, то есть за совершение правонарушения, предусмотренного статьей 16.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

К организации применено административное наказание в виде штрафа в размере стоимости товара, являющегося предметом административного правонарушения, без конфискации товара и транспортного средства. Постановлением судьи сумма штрафа взыскана в местный бюджет.

Решением председателя областного суда протест заместителя прокурора области об изменении постановления судьи в части зачисления взысканного штрафа в местный бюджет, как вынесенного с нарушением требований статьи 29 Бюджетного кодекса Российской Федерации, был отклонен, а постановление судьи районного суда оставлено без изменения.

Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации в протесте просил решение председателя областного суда отменить, а постановление судьи районного суда в части перечисления штрафа в установленной сумме в местный бюджет изменить и указать, что штраф подлежит взысканию в федеральный бюджет.

Заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации, проверив материалы дела, протест заместителя Генерального прокурора Российской Федерации нашел подлежащим удовлетворению частично по следующим основаниям.

Содержание постановления по делу об административном правонарушении должно отвечать требованиям статьи 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которая не предусматривает необходимость указания на то, в доход какого бюджета (федерального или местного) подлежит взысканию штраф с нарушителя.

При таких обстоятельствах, судья был не вправе указывать в резолютивной части постановления на то, что штраф подлежит зачислению в доход местного бюджета.

На основании изложенного по делу постановлено исключить из резолютивной части постановления судьи районного суда и из мотивировочной части решения председателя областного суда указание на то, что штраф с организации подлежит взысканию в доход местного бюджета.

 

Постановление

Верховного Суда Российской Федерации

N 83-АД04-1

 

4. В случае невозможности установления лица, незаконно переместившего транспортное средство через таможенную границу Российской Федерации, производство по делу об административном правонарушении за данное действие подлежит прекращению.

 

19 июля 1997 года неустановленное лицо переместило из Германии через внешнюю границу Таможенного Союза Республики Белоруссии и Российской Федерации в регионе деятельности таможни Западный Буг автомобиль определенной марки.

Данный автомобиль был помещен под таможенный контроль и направлен в Тульскую таможню для производства таможенного оформления, куда доставлен не был.

23 июля 1998 года этот автомобиль был поставлен на регистрационный учет в Чеченской Республике.

29 августа 1998 года автомобиль приобретен гражданином О. в Ингушской Республике у Н. и поставлен на регистрационный учет на его имя.

30 марта 2001 года инспектором Тульской таможни составлен протокол о нарушении Н. таможенных правил, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 254 Таможенного кодекса Российской Федерации.

14 мая 2001 года автомобиль был изъят у гражданина О.

30 августа 2001 года дело о нарушении таможенных правил в части привлечения к ответственности Н. по части 1 статьи 254 Таможенного кодекса Российской Федерации прекращено за отсутствием состава таможенного правонарушения и заведено дело по тем же основаниям в отношении неустановленного лица.

Постановлением судьи районного суда неустановленное лицо за нарушение таможенных правил по части 1 статьи 254 Таможенного кодекса Российской Федерации подвергнуто взысканию в виде конфискации непосредственного объекта правонарушения (автомобиля) в доход государства.

Постановление по делу о нарушении таможенных правил по части 1 статьи 254 Таможенного кодекса Российской Федерации в отношении неустановленного лица отменено с прекращением производства по делу по следующим основаниям.

Частью 2 статьи 261 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях было предусмотрено, что в постановлении по делу об административном правонарушении должны быть указаны сведения о лице, в отношении которого рассмотрено дело. В Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях данное положение сохранено (пункт 3 части 1 статьи 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

По данному делу лицо, переместившее транспортное средство через границу Российской Федерации, не установлено, в связи с чем привлечение его к ответственности по делу об административном правонарушении не основано на законе.

При невозможности установить лицо, переместившее транспортное средство через таможенную границу Российской Федерации, суду надлежало прекратить производство по делу о нарушении таможенных правил.

Согласно части 8 статьи 124 Таможенного кодекса Российской Федерации при незаконном перемещении товаров и транспортных средств через таможенную границу Российской Федерации солидарную ответственность за уплату таможенных платежей несут лица, незаконно перемещающие товары и транспортные средства, лица, участвующие в незаконном перемещении, если они знали или должны были знать о незаконности такого перемещения, а при ввозе - также лица, которые приобрели в собственность или во владение незаконно ввезенные товары и транспортные средства, если в момент приобретения они знали или должны были знать о незаконности ввоза.

Ответственность либо другие неблагоприятные последствия на лицо, которое приобрело перемещенное через таможенную границу Российской Федерации транспортное средство, могут быть возложены при доказанности того, что в момент приобретения это лицо знало или должно было знать о незаконности ввоза. Это положение распространяется и на случаи, когда таможенное средство, перемещенное через таможенную границу, не прошло таможенного оформления.

По данному делу отсутствуют доказательства того, что в момент приобретения автомобиля О., в отношении которого применено административное взыскание, было известно о незаконности его ввоза либо того, что он не прошел таможенного оформления.

 

Постановление

Верховного Суда Российской Федерации

N 38-АД04-2

 

5. Штраф как мера административной ответственности за неприменение контрольно-кассовых машин при осуществлении расчетов с населением налагается при условии, что доказан не только сам факт совершения данного правонарушения, но и вина правонарушителя.

 

Как усматривается из материалов дела, в отношении директора магазина был составлен акт и протокол об административном правонарушении, предусмотренном статьей 14.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, за продажу товара приемщиком-кассиром без применения контрольно-кассовой машины.

Принимая решение по делу и назначая административное наказание в виде штрафа, суд указал, что по данному правонарушению к административной ответственности привлекается должностное лицо за невыполнение правил применения контрольно-кассовой машины приемщиком-кассиром.

Состоявшиеся по делу судебные решения отменены по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо подлежит административной ответственности только за то административное правонарушение, в отношении которого установлена его вина.

В силу Федерального закона от 22 мая 2003 года N 54-ФЗ "О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт" организации и индивидуальные предприниматели обязаны осуществлять наличные денежные расчеты за реализованные товары, выполненные работы и оказанные услуги с применением контрольно-кассовой техники, включенной в Государственный реестр.

Осуществление денежных расчетов без применения в установленных законом случаях контрольно-кассовых машин является основанием для привлечения налогоплательщика к административной ответственности в соответствии со статьей 14.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Штраф как мера административной ответственности в таких случаях может быть наложен при условии, что доказаны не только сам факт совершения указанного правонарушения, но и вина правонарушителя.

Такая позиция высказана и в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 декабря 2000 года N 244-О по делу по жалобам граждан Косика А.И. и Кенчхадзе Т.Ш. на нарушение их конституционных прав положениями абзаца шестого статьи 6 и абзаца второго части 1 статьи 7 Закона Российской Федерации "О применении контрольно-кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением".

Фактов, свидетельствующих о неисполнении или ненадлежащем исполнении директором магазина своих обязанностей, повлекших неприменение приемщиком-кассиром контрольно-кассовой машины при продаже товара, в материалах дела не имеется.

Из материалов дела видно, что контрольно-кассовая машина в магазине имелась и находилась в исправном состоянии. Была допущена к использованию, соответствовала техническим требованиям, зарегистрирована в налоговом органе.

Доказательств того, что директор магазина давала указание приемщику-кассиру не применять кассовый аппарат, в материалах дела не имеется.

В связи с изложенным производство по делу прекращено за отсутствием в действиях директора магазина состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

 

Постановление

Верховного Суда Российской Федерации

N 50-АД04-1

 

6. Лицо, совершившее административное правонарушение, в отношении которого прокурором вынесено представление об устранении нарушений закона, не может быть привлечено к административной ответственности до истечения срока, предоставленного прокурором для устранения выявленного нарушения.

 

Из материалов дела видно, что межрайонный прокурор направил в адрес главы местной администрации представление, в котором указал на нарушения статьи 78 Земельного кодекса Российской Федерации и статьи 43 Бюджетного кодекса Российской Федерации.

В представлении прокурор предлагал принять безотлагательные и конкретные меры по устранению причин и условий, способствующих нарушению закона, и о результатах сообщить в месячный срок.

Основания для возбуждения дела об административном правонарушении в отношении главы местной администрации могли возникнуть в случае неисполнения им представления прокурора в месячный срок.

Однако до истечения месячного срока для принятия мер по устранению допущенных нарушений закона межрайонный прокурор возбудил производство по делу об административном правонарушении в отношении главы местной администрации по статье 17.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, после чего тот был привлечен к административной ответственности мировым судьей.

Таким образом, по данному делу лицо было привлечено к административной ответственности при отсутствии к тому оснований до истечения предоставленного прокурором срока для устранения допущенных им нарушений.

В соответствии со статьей 1.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административной ответственности подлежит лицо, совершившее административное правонарушение.

На момент возбуждения дела об административном правонарушении и привлечения к административной ответственности глава местной администрации не мог быть признан субъектом административного правонарушения, поскольку таковым он мог стать в случае невыполнения предписаний прокурора по истечении месячного срока, отведенного для устранения нарушений закона.

С учетом изложенного постановление мирового судьи и все последующие судебные решения отменены, а дело производством прекращено.

 

Постановление

Верховного Суда Российской Федерации

N 10-АД04-1

 

7. Отсутствие дополнительных материалов, подтверждающих обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к административной ответственности, повлекло отмену судебных постановлений.

 

Постановление мирового судьи о признании Ш. виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с назначением ему наказания в виде административного ареста сроком на пять суток, а также решение судьи районного суда, которым постановление мирового судьи оставлено без изменения, отменены по следующим основаниям.

Согласно статьям 10, 11 Закона Российской Федерации от 18 апреля 1991 года N 1026-1 "О милиции" милиция обязана исполнять письменные поручения следователя о приводе лиц, уклоняющихся от явки по вызову, и вправе подвергать приводу в случаях и в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством, граждан, уклоняющихся без уважительных причин от явки по вызову.

Из пояснений свидетелей по делу следует, что они исполняли поручение следователя о розыске Ш. и его приводе для допроса.

В силу пункта 4 части 2 статьи 38 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следователь по уголовному делу уполномочен давать органу дознания в случаях и порядке, установленных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, письменные поручения об исполнении постановлений о приводе.

Статьей 113 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что привод свидетеля производится органами дознания на основании постановления следователя. Постановление следователя о приводе перед его исполнением объявляется лицу, которое подвергается приводу, что удостоверяется его подписью на постановлении.

Приобщенная к материалам дела копия отдельного поручения старшего следователя ссылки на постановление следователя о приводе свидетеля не содержит.

Таким образом, был ли соблюден установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок привода Ш. для допроса в качестве свидетеля и соответствовали ли закону действия работников милиции по его приводу, по делу не проверено. Подтверждающие эти обстоятельства дополнительные материалы, в том числе постановление следователя о приводе Ш., в соответствии с пунктом 7 статьи 29.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях истребованы не были.

Допущенные мировым судьей существенные нарушения процессуальных требований судьей районного суда при проверке законности и обоснованности вынесенного постановления не устранены.

В связи с изложенным постановление мирового судьи и решение судьи районного суда по данному административному делу отменены.

Принимая во внимание истечение срока давности привлечения к административной ответственности, указанного в статье 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, дело об административном правонарушении в отношении Ш. в соответствии с пунктом 6 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях прекращено.

 

Постановление

Верховного Суда Российской Федерации

N 18-АД04-3

 

8. Должностные лица не вправе обжаловать постановления о привлечении к административной ответственности лиц, в отношении которых они составляли протоколы об административных правонарушениях.

 

Постановлением мирового судьи Б. была подвергнута административному наказанию по части 2 статьи 15.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде штрафа с конфискацией части товара, являющегося предметом административного правонарушения, оставшаяся часть товара была возвращена Б. как соответствующая требованиям государственного стандарта.

Решением районного суда, оставленным без изменения постановлением судьи краевого суда, по представлению УВД округа указанное постановление мирового судьи в части возврата Б. оставшейся алкогольной продукции отменено и принято новое решение - об уничтожении алкогольной продукции, находящейся на хранении в УВД округа.

В жалобе Б. указала на то, что решением районного суда нарушены ее права, так как усилено наказание и ухудшено ее положение как лица, в отношении которого вынесено постановление о применении к ней административного наказания. Она не была извещена о времени и месте рассмотрения дела в районном суде.

Согласно статье 30.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях постановление по делу об административном правонарушении может быть обжаловано лицами, указанными в статьях 25.1 - 25.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

УВД округа к ним не относится, поэтому суд не вправе был рассматривать его представление.

Принимая во внимание вышеизложенное, решение районного суда признано незаконным и отменено.

 

Постановление

Верховного Суда Российской Федерации

N 18-АД04-1

 

9. Отсутствие в материалах дела сведений о направлении лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, извещения о месте и времени рассмотрения дела повлекло отмену судебных постановлений.

 

Согласно статье 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях дело об административном правонарушении рассматривается с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. В отсутствие указанного лица дело может быть рассмотрено лишь в случае, если имеются данные о надлежащем извещении этого лица о месте и времени рассмотрения дела и если от него не поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела либо если такое ходатайство оставлено без удовлетворения.

В надзорной жалобе заявитель указал, что судом первой инстанции дело было рассмотрено в его отсутствие и в отсутствие его представителя.

В материалах дела на справочном листе имеется запись (дата исправлена) об извещении о слушании дела. Однако сведения о направлении извещения в деле отсутствуют.

Таким образом, рассмотрение дела об административном правонарушении в отсутствие лица, в отношении которого ведется производство об административном правонарушении, лишило его возможности воспользоваться правами, предусмотренными статьей 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, что является существенным нарушением норм процессуального права, влекущим отмену судебного постановления.

 

Постановление

Верховного Суда Российской Федерации

N 16-АД03-1

 

10. Невыполнение установленных нормативным правовым актом требований, для которых предусмотрен определенный срок исполнения, не является длящимся правонарушением.

 

Определением судьи городского суда от 1 марта 2003 года прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 15.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении главного бухгалтера организации Б., выразившемся в том, что декларации по транспортному налогу за I, II и III кварталы 2003 года были представлены в налоговую инспекцию с нарушением установленного законом срока - 23 октября 2003 года.

Постановлением председателя областного суда от 11 июня 2004 года оставлен без удовлетворения протест первого заместителя прокурора области на определение судьи городского суда от 1 марта 2003 года.

Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации в протесте просит состоявшиеся по делу судебные постановления отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд, поскольку вывод суда о том, что в действиях Б. отсутствует состав административного правонарушения, не основан на представленных доказательствах.

Оснований для отмены состоявшихся по делу судебных постановлений не имеется.

Вопрос о наличии или отсутствии в действиях Б. состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 15.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в настоящее время не может обсуждаться по следующим основаниям.

Из протокола об административном правонарушении от 2 декабря 2003 года усматривается, что организация нарушила срок представления налоговых деклараций по транспортному налогу.

Так, за I квартал 2003 года декларация должна быть представлена до 10 апреля 2003 года, за II квартал - до 10 июля 2003 года, за III квартал - до 10 октября 2003 года, а фактически это сделано 23 октября 2003 года. Ответственность за эти действия должна нести Б., как главный бухгалтер.

Поскольку в этом случае закон предусматривает выполнение возложенной законом обязанности к определенному сроку, то правонарушение в соответствии со статьей 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не является длящимся, а годичный срок давности привлечения к административной ответственности по данной категории дел начинает течь с момента наступления указанного срока.

Таким образом, срок привлечения к административной ответственности Б., установленный статьей 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за непредставление декларации, за I квартал 2003 года истек 10 апреля 2004 года, за II квартал 2003 года - 10 июля 2004 года, за III квартал 2003 года - 10 октября 2004 года. Данные обстоятельства в соответствии со статьями 24.5, 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях исключают производство по делу об административном правонарушении в сторону ухудшения положения лица, в отношении которого ведется производство.

 

Постановление

Верховного Суда Российской Федерации

N 66-АД04-2

 

Обзор судебной практики

за первый квартал 2005 года,

утвержденный Постановлениями

Президиума Верховного Суда Российской Федерации

от 4, 11 и 18 мая 2005 года.

 

В силу части 3 статьи 8 Федерального закона от 17.12.1998 "О мировых судьях в Российской Федерации" в случае временного отсутствия мирового судьи (болезнь, отпуск и иные уважительные причины) исполнение его обязанностей возлагается на мирового судью другого судебного участка того же судебного района постановлением председателя соответствующего районного суда.

 

(извлечение)

 

Постановлением судьи Качканарского городского суда К. признан виновным в незаконном хранении наркотического средства - гашиша массой 0,83 г, то есть в административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В жалобе К. просит постановление отменить, ссылаясь на то, что дело об административном правонарушении рассмотрено с нарушением правил подсудности, установленных в ст. 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Кроме того, указал на допущенные при рассмотрении дела нарушения процессуальных требований, предусмотренных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях.

Судья Свердловского областного суда счел постановление судьи подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 6.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, если производство по ним не осуществлялось в форме административного расследования, рассматривают мировые судьи.

Как следует из материалов дела, рассмотрено оно судьей районного суда, хотя производство по делу в форме административного расследования не осуществлялось.

Согласно Закону Свердловской области от 28.11.2001 "О создании судебных участков Свердловской области и должностей мировых судей Свердловской области" на территории города Качканара создано 2 судебных участка, на каждом из них назначены на должность мировые судьи.

В силу ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 17.12.1998 "О мировых судьях в Российской Федерации" в случае временного отсутствия мирового судьи (болезнь, отпуск и иные уважительные причины) исполнение его обязанностей возлагается на мирового судью другого судебного участка того же судебного района постановлением председателя соответствующего районного суда. Таким образом, постановление о назначении К. административного наказания вынесено неправомочным судьей, что в силу п. 5 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является основанием отмены постановления и направления дела на рассмотрение по подведомственности.

 

Решение

судьи Свердловского областного суда

от 13.04.2005, дело N 22-А-212/2005

 

В соответствии со статьей 25.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях потерпевшим является физическое лицо или юридическое лицо, которым административным правонарушением причинен физический, имущественный или моральный вред. Дело об административном правонарушении рассматривается с участием потерпевшего. В его отсутствие дело может быть рассмотрено лишь в случаях, если имеются данные о надлежащем извещении потерпевшего о месте и времени рассмотрения дела и если от потерпевшего не поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела либо такое ходатайство оставлено без удовлетворения.

 

(извлечение)

 

Постановлением дежурного инспектора ДПС ГИБДД от 18.01.2005 Д. признан виновным в том, что, управляя транспортным средством, при выполнении разворота не уступил дорогу попутному транспортному средству, чем нарушил п. 8.8 Правил дорожного движения. Ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 100 рублей за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Решением судьи по результатам рассмотрения жалобы Д. и потерпевшей И. данное постановление отменено, дело об административном правонарушении направлено в ГИБДД Кировского РУВД города Екатеринбурга на новое рассмотрение.

Судья Свердловского областного суда сочла необходимым отменить решение судьи районного суда по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 25.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях потерпевшим является физическое лицо или юридическое лицо, которым административным правонарушением причинен физический, имущественный или моральный вред. Дело об административном правонарушении рассматривается с участием потерпевшего. В его отсутствие дело может быть рассмотрено лишь в случаях, если имеются данные о надлежащем извещении потерпевшего о месте и времени рассмотрения дела и если от потерпевшего не поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела либо если такое ходатайство оставлено без удовлетворения.

Однако судья в нарушение данных требований закона, несмотря на то, что в результате дорожно-транспортного происшествия ОАО "П" был причинен имущественный ущерб, к участию в деле в качестве потерпевшего юридическое лицо ОАО "П" не привлек, о месте и времени рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении его не известил.

Не привлечены судьей к участию в деле в качестве потерпевших и другие участники дорожно-транспортного происшествия, которым был причинен имущественный вред.

При таких обстоятельствах решение судьи нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене, а дело - возвращению на новое рассмотрение судье.

 

Решение

судьи Свердловского областного суда

от 16.03.2005, дело N 22-А-170/2005

 

Привлечение лица к административной ответственности по части 2 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях возможно только в случаях, когда разворот или движение задним ходом транспортного средства осуществляется в тех местах, где такие маневры запрещены.

 

(извлечение)

 

Постановлением инспектора-дежурного ОГИБДД УВД города Новоуральска от 25.11.2004 А. за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, был подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 50 рублей.

Решением судьи районного суда по результатам рассмотрения жалобы А. данное постановление оставлено без изменения.

В жалобе А. просил решение судьи районного суда отменить, дело направить на новое рассмотрение судье. В обоснование указал, что, проверяя законность и обоснованность постановления должностного лица, судья не учел требования п. 8.11 Правил дорожного движения. Кроме того, считает, что судья не мог ссылаться в решении на заключение от 10.12.2004 как на доказательство его вины, поскольку старший инспектор-дежурный не вправе был выносить такое заключение.

Судья Свердловского областного суда, проверив материалы дела об административном правонарушении и изучив доводы жалобы, счел необходимым отменить указанное решение по следующим основаниям.

Согласно постановлению по делу об административном правонарушении А. подвергнут административному наказанию по ч. 2 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за то, что при движении транспортного средства задним ходом не убедился в безопасности маневра, допустил наезд на стоящее транспортное средство, чем нарушил п. 8.12 Правил дорожного движения.

Однако частью 2 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена ответственность за разворот или движение задним ходом в местах, где такие маневры запрещены.

В соответствии с п. 8.12 и п. 8.11 Правил дорожного движения движение задним ходом запрещается только на перекрестках; на пешеходных переходах; в тоннелях; на мостах, путепроводах, эстакадах и под ними; на железнодорожных переездах; в местах с видимостью дороги хотя бы в одном направлении менее 100 м; в местах расположения остановочных пунктов.

Судья при рассмотрении жалобы данные обстоятельства не учел и не установил, осуществлял ли А. движение задним ходом в одном из вышеуказанных мест, где такое движение запрещено.

При таких обстоятельствах решение судьи нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене, а дело - возвращению на новое рассмотрение судье.

 

Решение

судьи Свердловского областного суда

от 11.03.2005, дело N 22-А-146/2005

 

Информация

 

Бюллетень сформирован на основании материалов судебной практики по уголовным делам и делам об административных правонарушениях, содержащихся в следующих источниках:

1. Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации, N 3 - 5 за 2005 г.;

2. Официальный web-сайт Верховного Суда Российской Федерации (www.vsrf.ru), в том числе:

- Обзор судебной практики за четвертый квартал 2004 года, утвержденный Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2005 г.;

- Обзор судебной практики за первый квартал 2005, утвержденный Постановлениями Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 4, 11 и 18 мая 2005 г.;

- Ответы на вопросы за четвертый квартал 2004 года, утвержденные Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2005 г.;

- Ответы на вопросы за первый квартал 2005 года, утвержденные Постановлениями Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 4, 11 и 18 мая 2005 г.;

3. Электронная база документов "Практика Верховного Суда Российской Федерации" системы семейства "КонсультантПлюс";

4. Электронная база документов "Практика Свердловского областного суда" системы семейства "КонсультантПлюс";

5. Наряды судебных решений по уголовным делам и делам об административных правонарушениях Свердловского областного суда.

 

Судебная коллегия по уголовным делам

Свердловского областного суда

 

Отдел кодификации

и систематизации законодательства,

обобщения судебной практики

Свердловского областного суда

 

 






Яндекс цитирования


Наши услуги:
Экспертиза обстоятельств дорожно-транспортного происшествия; экспертиза технического состояния транспортных средств и деталей транспортных средств, следов на транспортных средствах и месте дорожно-транспортного происшествия; проведение автотехнических исследований; определение стоимости ремонта транспортных средств; определение утраты товарной стоимости транспортных средств; возмещение материального ущерба при ДТП; обжалование постановления о привлечении в качестве виновника ДТП; взыскание материального ущерба (в т.ч. вреда здоровью) с виновника ДТП сверх страхового возмещения; возмещение морального вреда; консультирование по вопросам организации и проведения экспертизы, применения результатов исследований для защиты прав наших клиентов.

© www.ДТП-экспертиза.рф, 2011 - 2018