| Главная | Контакты | Купить сайт |



 

СВЕРДЛОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 27 июля 2011 г. по делу N 22-8256/2011

 

Председательствующий Буявых В.А.

 

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Ермакова И.А.,

судей Ашрапова М.А., Василевской И.В.,

при секретаре Яковлевой О.В.,

рассмотрела в судебном заседании 27 июля 2011 года в г. Екатеринбурге уголовное дело по кассационным жалобам осужденного Ф., адвоката Тангочина А.П., действующего в интересах Ф., на приговор Березовского городского суда Свердловской области от 14 июня 2011 года, которым

Ф.

<...>

осужден по ч. 3 ст. 264 УК Российской Федерации к 03 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права управлять транспортными средствами сроком на 02 года.

Постановлено взыскать с Ф. в пользу потерпевшей К. 400000 рублей в счет компенсации морального вреда и 26477 рублей в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением.

Заслушав доклад судьи Ашрапова М.А., мнение осужденного Ф., выступление адвоката Тангочина А.П., действующего в интересах Ф., поддержавших доводы жалоб, судебная коллегия

 

установила:

 

Ф. признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть человека.

Преступление было совершено 10 июля 2010 года на территории Березовского городского округа <...> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе осужденный Ф. просит приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство. По мнению автора жалобы, выводы суда основаны на предположениях, не подтвержденных исследованными доказательствами. Подвергает собственной оценке показания свидетелей Ч., П., Б., Д. Полагает, что судом дана ненадлежащая оценка протоколу дополнительного осмотра места происшествия от 19 января 2011 года, схеме места ДТП, механизму столкновения автомашин УАЗ и "Дэу Нексия" на перекрестке. Не определена скорость автомашины УАЗ перед столкновением. Считает, что суд не учел сложность перекрестка, на котором произошло ДТП, алкогольное опьянение погибшего Р. Высказывает мнение, что суд необоснованно не принял в качестве доказательства заключение специалиста ООО <...>, необоснованно взыскал компенсацию морального вреда и материального ущерба в пользу сожительницы погибшего.

В кассационной жалобе адвокатом Тангочиным А.П. поставлен вопрос об отмене приговора и о направлении дела на новое судебное разбирательство. По мнению автора жалобы, выводы суда основаны на предположениях, не подтвержденных исследованными доказательствами. Дает собственную оценку показаниям свидетелей Ч., П., Д. Полагает, что суд необоснованно не учел сложность перекрестка, на котором произошло ДТП, алкогольное опьянение погибшего Р., заключение специалиста от 17 мая 2011 года N <...>, которое должен был оценить в совокупности с другими доказательствами по делу. Приводит содержание указанного заключения специалиста. Считает, что суд необоснованно установил, что нарушение правил дорожного движения было совершено осужденным умышленно, тогда как последнему инкриминировано совершение неосторожного преступления. Высказывает мнение, что суд необоснованно взыскал компенсацию морального вреда и материального ущерба в пользу сожительницы погибшего. Полагает, что по делу необоснованно не была проведена судебная комплексная транспортно-трасологическая экспертиза.

В возражениях на кассационные жалобы осужденного и его защитника помощник прокурора г. Березовского Свердловской области Давыдова М.С. просит приговор оставить без изменения, жалобы - без удовлетворения.

 

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия считает, что приговор суда не подлежит отмене либо изменению по следующим основаниям.

Выводы суда о виновности Ф. в совершении вышеуказанного преступления обоснованны и подтверждаются совокупностью исследованных по делу доказательств.

Суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины Ф. в совершении вышеуказанного преступления.

Приговор суда основан на всесторонне и полно исследованных доказательствах, выводы суда подробно мотивированы в приговоре.

Действия осужденного правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 264 УК Российской Федерации.

Что касается доводов жалоб об отсутствии в действиях осужденного состава преступления, а также о якобы имевших место существенных противоречиях в показаниях свидетелей обвинения.

Вина осужденного Ф. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК Российской Федерации, подтверждена его же показаниями.

Так, допрошенный в судебном заседании Ф. вину не признал полностью, вместе с тем пояснил, что 10 июля 2010 года около 19 часов он на своем автомобиле "Дэу-Нексия" двигался по <...> в направлении <...>. Подъехав к перекрестку <...> пропускать автомобили, двигавшиеся по главной дороге - <...> на перекрестке для него была ограничена деревьями и домами. Светофор не работал. Он, двигаясь прямо, выехал на перекресток, увидел автомобиль УАЗ, приближавшийся к нему по <...> с большой скоростью. Он затормозил, произошел удар автомобиля УАЗ в правую часть его автомобиля. Автомобиль УАЗ развернуло, подкинуло, и он упал на левый бок. Из УАЗа вместе с сиденьем выпал водитель (том 2 л. д. 146 - 150).

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая К. пояснила, что являлась сожительницей Р. в течение шести лет. С Р. у нее имеется двое несовершеннолетних детей. О случившейся 10 июля 2010 года аварии ей стало известно от Б., который двигался вместе с Р. в автомашине УАЗ. Р. при жизни следил за автомобилем, проходил технический осмотр. Она похоронила Р. за свои деньги (том 2 л. д. 128 - 132).

Из исследованных в судебном заседании показаний Б., данных на предварительном следствии, следует, что 10 июля 2010 года, в вечернее время, они с Р. двигались на автомашине последнего по главной дороге - по <...> в <...>. Когда подъезжали к перекрестку <...>, он обратил внимание на неработающий светофор. Как только они выехали на перекресток, он заметил, что к ним навстречу на большой скорости движется машина. Р., управлявший автомашиной, попытался избежать столкновения, но у него не получилось. Он, Б., потерял сознание от удара, очнулся, когда его вытаскивали из машины, находившейся на левом боку (том 1 л. д. 83 - 84).

Допрошенный в судебном заседании свидетель В. пояснил, что 10 июля 2010 года, вечером, он находился в доме на перекрестке <...>, услышал звук экстренного торможения, посмотрел на дорогу, из-за дерева ему была видна часть автомашины серого цвета и автомобиль УАЗ, который до удара находился на главной дороге, и который стало разворачивать вокруг своей оси. Затем УАЗ упал. После столкновения "Дэу Нексия" осталась стоять на перекрестке. Когда УАЗ подняли, на дороге остался лежать человек (том 2 л. д. 132 - 134).

Допрошенный в судебном заседании свидетель П., являющийся старшим инспектором ДПС ОГИБДД ОВД по Березовскому ГО, с учетом исследования его показаний, данных на предварительном следствии, пояснил, что 10 июля 2010 года ехал домой, на перекрестке <...> он увидел автомашину УАЗ, лежащую на левом боку. Подъехав ближе, увидел также легковой автомобиль с механическими повреждениями в передней части, стоящий на <...> асфальте, рядом с автомобилем УАЗ лежал человек. Были видны следы торможения легкового автомобиля. Светофор не работал. Данный перекресток является сложным с ограниченной видимостью со второстепенной дороги, на которой находится <...> (том 1 л. д. том 2 л. д. 139 - 144).

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ч., являвшийся в июле 2010 года инспектором ДПС ОГИБДД ОВД по Березовскому ГО, пояснил, что летом 2010 года он выезжал на место ДТП на перекрестке <...>. Пострадавшего уже увезла скорая помощь. На перекрестке стоял УАЗ с повреждениями кузова, недалеко от перекрестка стояла автомашина "Дэу Нексия" серебристого цвета с механическими повреждениями в передней части. На перекрестке <...> является главной по отношению к <...>, установлены соответствующие знаки. Как следует из повреждений на асфальте и автомобиля "Дэу Нексия", скорость последнего была высокой. Перекресток является сложным (том 2 л. д. 135 - 138).

Допрошенный в судебном заседании свидетель Д., являющийся старшим инспектором ИАЗ ОГИБДД ОВД по Березовскому ГО, пояснил, что 10 июля 2010 года вечером была получена информация о ДТП на перекрестке <...>. Со слов водителя автомашины "Дэу Нексия" было установлено, что он двигался по <...> в сторону <...>, а автомобиль УАЗ приближался к нему слева <...>. Кроме того, на дороге были обнаружены следы торможения автомобиля "Дэу Нексия", которые начинались почти от границы перекрестка, и следы юза автомобиля УАЗ. На месте было установлено, что автомашина "Дэу Нексия", двигавшаяся по второстепенной дороге через перекресток, не уступила дорогу автомашине УАЗ, которая двигалась по главной дороге (том 2 л. д. 154 - 158).

Согласно протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 10 июля 2010 года и фототаблицы к нему, а также схемы ДТП, следует, что столкновение транспортных средств произошло на полосе движения автомобиля УАЗ, на перекрестке установлены дорожные знаки, обязывавшие водителя автомашины "Дэу Нексия" уступить дорогу автомашинам, двигавшимся <...>. Во время столкновения автомобиль "Дэу Нексия" въехал правой передней частью в переднюю правую часть автомобиля УАЗ. Из траектории движения автомобиля УАЗ видно, что направление движения перед падением ему задал автомобиль "Дэу Нексия". (том 1 л. д. 17 - 25, 27).

Согласно протоколу дополнительного осмотра места происшествия от 19 января 2011 года у водителя Ф. была возможность своевременно обнаружить транспортное средство, приближавшееся к нему по главной дороге с левой стороны, и принять меры для снижения скорости вплоть до полной остановки транспортного средства (том 1 л. д. 132 - 135).

Согласно заключению эксперта от 10 августа 2010 года N <...> при исследовании трупа Р. у последнего были обнаружены повреждения, соответствующие описанным в приговоре суда. Все повреждения имеют прижизненное происхождение и возникли одновременно, в результате ударов с большой силой твердыми тупыми предметами в область головы и туловища пострадавшего. Например, частями салона автомобиля при его резкой остановке. Смерть Р. наступила от тупой травмы головы, шеи, туловища и конечностей, которые расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью (том 1 л. д. 94 - 95).

Факт совершения Ф. преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК Российской Федерации, правильно установлен судом и подтвержден допустимыми доказательствами.

Все доказательства, положенные в обоснование вывода об его виновности в совершении данного преступления, вопреки доводам жалоб адвоката Т., осужденного Ф., добыты и исследованным с соблюдением требований закона.

Всем доказательствам, приведенным в приговоре, суд дал надлежащую оценку, с которой у судебной коллегии нет оснований не согласиться. Доводы осужденного и его защитника об отсутствии в действиях первого состава преступления были предметом тщательной проверки в суде первой инстанции; как не нашедшие своего подтверждения они обоснованно отвергнуты по мотивам, приведенным в приговоре.

Заявления осужденного и его защитника о том, что действия Ф. носили не преступный характер, противоречат доказательствам по делу и фактическим обстоятельствам, установленным судом.

Суд обоснованно критически отнесся к показаниям свидетелей защиты У., С., поскольку У. очевидцем происшедшего не являлась, является супругой осужденного, а С. давала показания, противоречащие исследованным доказательствам, в частности о том, что перед падением автомашину УАЗ подбросило не один раз.

Суд первой инстанции, рассмотрев дело объективно, правильно установил фактические обстоятельства дела и верно квалифицировал действия осужденного.

Суд обоснованно и мотивированно не принял в качестве доказательства по делу представленное стороной защиты заключение специалиста от 17 мая 2011 года, поскольку оно противоречит исследованной судом совокупности доказательств, изобличающих Ф. в содеянном, в том числе и показаниям самого осужденного.

Суд пришел к правильному выводу, что ни техническое состояние автомашины УАЗ перед ДТП, ни факт нахождения Р. в момент ДТП в состоянии алкогольного опьянения, ни скорость, с какой двигался автомобиль УАЗ, не влияют на доказанность и квалификацию содеянного Ф. Осужденный однозначно виновен в инкриминированном преступлении, поскольку достоверно установлено и доказано, что он обязан был уступить дорогу автомашине УАЗ под управлением Р., въезжая на перекресток со второстепенной дороги. Тот факт, что перекресток является сложным и опасным для проезда, ни в коей мере не умаляет степень ответственности Ф., поскольку при таких обстоятельствах он был обязан в силу требований ч. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N <...>, проявлять повышенные внимание и осторожность.

Доводы жалобы адвоката Т. о том, что судом неправильно применен уголовный закон и Ф. неправомерно признан виновным в умышленном нарушении правил дорожного движения, поскольку обвиняется в совершении неосторожного преступления, необоснованны. Так, исходя из диспозиции ч. 3 ст. 264 УК Российской Федерации, неосторожная форма вины установлена законодателем по отношению к негативным последствиям в виде смерти человека, а не к нарушению требований правил.

Противоречия в исследованных судом показаниях свидетеля Б. хотя и имеются, в частности о том, что он пояснял о движении автомобиля "Дэу Нексия" во встречном к автомашине УАЗ направлении, вместе с тем, в целом соответствуют обстоятельствам, установленным судом. Кроме того, как следует из исследованных судом доказательств, свидетель Б. в момент ДТП находился в состоянии алкогольного опьянения, поэтому мог не в достаточной степени точно воспроизвести имевшие место события.

Направление движения автомобилей УАЗ и "Дэу Нексия" перед ДТП, обстоятельства случившегося установлены судом не только на основании показаний указанного свидетеля, но и путем тщательного и объективного исследования всей совокупности доказательств по делу.

При назначении осужденному Ф. наказания суд учел характер и степень общественной опасности преступления, а также характеризующие данные о личности осужденного.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание Ф., суд учел: наличие у осужденного несовершеннолетнего ребенка, беременность супруги, частичное возмещение морального вреда потерпевшей. Учел суд и мнение потерпевшей о наказании Ф. Суд правильно не установил обстоятельств, отягчающих наказание осужденного.

Суд обоснованно не установил по делу обстоятельств, позволяющих применить при назначении осужденному наказания положения ст. ст. 64, 73 УК Российской Федерации, то есть назначить наказание в виде лишения свободы условно либо более мягкого, чем установлено уголовным законом за совершенное преступление.

По своему виду и размеру назначенное осужденному наказание в виде реального лишения свободы является справедливым, оснований считать его чрезмерно суровым судебная коллегия не усматривает.

Исковые требования потерпевшей правильно разрешены судом. При взыскании с осужденного компенсации морального вреда суд учел физические и нравственные страдания К., имеющей совместных несовершеннолетних детей с погибшим, которые она испытала в результате смерти близкого человека. При взыскании материального ущерба суд руководствовался представленными потерпевшей документами.

При этом у суда первой инстанции не имелось оснований сомневаться в том, что у погибшего Р. имеется двое совместных несовершеннолетних детей с потерпевшей К. Так, это подтверждено свидетельством о рождении Ю. 13 июня 2006 года рождения (том 2 л. д. 26), а также свидетельством о рождении Г. 12 августа 2010 года рождения (том 2 л. д. 27). Несмотря на то, что в свидетельстве о рождении Г. отец ребенка не указан, последний родился менее чем через месяц после смерти Р., имеет соответствующее отчество, из исследованных судом доказательств следует, что потерпевшая и Р. до гибели последнего проживали совместно. Сама К. поясняла о том, что именно Р. отец данного ребенка. Оснований для признания обратного ни суду первой, ни кассационной инстанции не представлено.

Приговор суда не налагает запрета на предъявление соответствующих требований заинтересованным лицом к страховой компании, в которой застрахована гражданская ответственность Ф. как владельца транспортного средства, о взыскании материального ущерба, причиненного последним, при его эксплуатации.

Руководствуясь ст. ст. 373, 377, п. 1 ч. 1 ст. 378 УПК Российской Федерации, судебная коллегия

 

определила:

 

приговор Березовского городского суда Свердловской области от 14 июня 2011 года в отношении Ф. оставить без изменения, кассационные жалобы осужденного Ф., адвоката Тангочина А.П. - без удовлетворения.

 

Председательствующий

ЕРМАКОВ И.А.

 

Судьи

АШРАПОВ М.А.

ВАСИЛЕВСКАЯ И.В.

 

 






Яндекс цитирования


Наши услуги:
Экспертиза обстоятельств дорожно-транспортного происшествия; экспертиза технического состояния транспортных средств и деталей транспортных средств, следов на транспортных средствах и месте дорожно-транспортного происшествия; проведение автотехнических исследований; определение стоимости ремонта транспортных средств; определение утраты товарной стоимости транспортных средств; возмещение материального ущерба при ДТП; обжалование постановления о привлечении в качестве виновника ДТП; взыскание материального ущерба (в т.ч. вреда здоровью) с виновника ДТП сверх страхового возмещения; возмещение морального вреда; консультирование по вопросам организации и проведения экспертизы, применения результатов исследований для защиты прав наших клиентов.

© www.ДТП-экспертиза.рф, 2011 - 2018