| Главная | Контакты | Купить сайт |



 

ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 7 июня 2011 г. N 44А-112-2011г.

 

Председатель Липецкого областного суда Марков И.И., рассмотрев надзорную жалобу К.А. на постановление мирового судьи судебного участка N 1 Левобережного округа г. Липецка от 7 апреля 2011 года и решение судьи Левобережного районного суда г. Липецка от 10 мая 2011 года,

 

установил:

 

Постановлением мирового судьи судебного участка N 1 Левобережного округа г. Липецка от 7 апреля 2011 года К.А. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде лишения права управления транспортными средствами на 1 год 6 месяцев.

Решением судьи Левобережного районного суда г. Липецка от 10 мая 2011 года постановление оставлено без изменения.

В надзорной жалобе К.А. просит об отмене судебных постановлений, считая вывод о наличии состава административного правонарушения не соответствующим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Также указывает на существенные процессуальные нарушения.

Изучив материалы дела, проверив доводы жалобы, прихожу к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы.

Пункт 2.7 Правил дорожного движения РФ предусматривает, что водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Согласно ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, влечет лишение права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

В силу ст. 26.11 КоАП РФ судья, члены коллегиального органа, должностное лицо, осуществляющее производство по делу об административном правонарушении, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности.

На основании собранных доказательств, судьей правильно установлено, что 9 января 2011 года в 22 час. 15 мин. возле дома N 3 на пл. Мира в г. Липецке К.А. управлял транспортным средством ВАЗ-21150 рег. знак <...> в состоянии опьянения.

Указанные обстоятельства подтверждены протоколом об административном правонарушении от 20.01.2011 года, протоколами об отстранении от управления транспортным средством, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 09.01.2011 года, актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 09.01.2011 года, справкой о результатах химико-токсикологических исследований от 09.01.2011 года, письменными объяснениями сотрудников ГИБДД М.В., Д.И., К.О., медицинских работников Л.В., В.Е., П.Л., понятых Е.О., Ч.О.

Акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения соответствует требованиям ст. 26.2 КоАП РФ.

Согласно акту освидетельствования у К.А. установлено состояние опьянения, вызванное употреблением наркотического вещества, в связи с чем он был правильно привлечен к административной ответственности.

В частности, в результате химико-токсикологического исследования биологического объекта (мочи) К.А., выполненного Липецким областным бюро СМЭ, было обнаружено вещество тетрагидроканнабинол (наркотически активный компонент конопли).

Доводы К.А. в жалобе о незаконности результатов химико-токсикологического исследования ввиду нарушения процедуры освидетельствования (отдельные графы акта не заполнены; емкость с анализом мочи в присутствии К.А. не опечатывалась; в акте не отражены данные о наличии лицензии на проведения освидетельствования и экспертизу; время первого замера выдыхаемого воздуха совпадает со временем начала производства освидетельствования, т.е. не проведено изучение предварительных клинических признаков), являются несостоятельными.

Так, право ГУЗ "Л" на производство медицинского освидетельствования на состояние опьянения лиц, управляющих транспортными средствами подтверждено соответствующей лицензией (л.д. 74 - 75).

Основания для критической оценки результатов химико-токсикологического исследования отсутствуют.

Равным образом, отсутствуют данные о заинтересованности медицинских работников Л.В., проводившего медицинское освидетельствование, и специалистов ЛОБСМЭ П.Л., В.Е. в искажении действительных результатов медицинского освидетельствования, исходе дела, или оговоре К.А.

Врач Л.В. показал, что емкость с анализом К.А. была опечатана в установленном порядке перед направлением в БСМЭ (л.д. 81). Эксперт химико-токсикологического отделения БСМЭ П.Л. подтвердила, что емкость с биологической средой (мочой) для исследования поступила ей опечатанном в установленном порядке с порядковым номером (л.д. 83).

При этом результаты химико-токсикологического исследования биологического объекта имеют самостоятельное доказательственное значение по делу.

Соответственно, как в комплексе с актом освидетельствования, так и отдельно, результаты химико-токсикологического исследования подтверждают наличие у К.А. состояния опьянения.

В жалобе К.А. ссылается на расхождение показаний медицинских работников относительно процедуры опечатывания анализов, с чем он связывает их подмену перед направлением на экспертизу.

Однако, доказательств направления в Липецкое областное бюро СМЭ анализов другого лица, не имеется.

В соответствии с приложением N 6 к приказу Минздрава РФ от 14 июля 2003 года N 308, критериями, при наличии которых имеются достаточные основания полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения и подлежит направлению на медицинское освидетельствование, являются:

а) запах алкоголя изо рта;

б) неустойчивые позы;

в) нарушение речи;

г) резкое изменение окраски кожных покровов лица;

д) поведение, не соответствующее обстановке.

Поводом для предъявления требования о прохождении медицинского освидетельствования, как указано в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование, явилось наличие у К.А. признака опьянения - поведение, не соответствующее обстановке, что свидетельствует о законности предъявленного требования.

Поскольку освидетельствование на состояние наркотического опьянения на месте не предусмотрено, сотрудниками ГИБДД обоснованно было предложено пройти медицинское освидетельствование.

Протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения содержит собственноручное заявление К.А. в графе "пройти медицинское освидетельствование" - "Согласен".

Довод К.А. о присутствии только одного понятого при отстранении от управления транспортными средствами и при направлении на медицинское освидетельствование, опровергается содержанием протоколов.

Кроме того, целью привлечения понятых к совершению определенного процессуального действия, является удостоверение его факта и результатов, для обеспечения возможности последующего подтверждения соответствующих обстоятельств дела.

В данном случае, сам факт направления на медицинское освидетельствования и согласия его пройти, К.А. не оспаривается.

Поэтому правовое значение для решения вопроса о наличии в действиях К.А. состава правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, имеет оценка в совокупности всех доказательств по делу.

Факт наркотического опьянения (что и составляет объективную сторону правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ) установлен.

Из показаний понятого Е.О. следует, что он участвовал в качестве понятого 09.01.2011 года в 22 час. 20 мин. О том, что водитель К.А. находится в состоянии опьянения указывал его внешний вид (л.д. 84).

Факт участия в качестве понятой подтвердила и Ч.О. (л.д. 85).

Довод К.А. в надзорной жалобе о том, что его водительское удостоверение было изъято до результатов медицинского освидетельствования, не может повлечь иной исход дела. Во исполнение предписанных ч. 3 ст. 27.10 КоАП РФ требований, К.А. было выдано временное разрешение на управление транспортными средствами, что подтверждается отметкой в протоколе (л.д. 7).

Процессуальные права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции РФ, К.А. разъяснялись при составлении протокола об административном правонарушении, о чем свидетельствует содержание протокола.

В силу ст. 25.6 КоАП РФ в качестве свидетелей по делу об административном правонарушении может быть вызвано любое лицо, которому могут быть известны обстоятельства дела, подлежащие установлению.

Каких-либо изъятий относительно допустимости, как доказательств, показаний сотрудников полиции, закон не предусматривает. Соответственно указание в протоколе об административном правонарушении в качестве свидетеля сотрудника ГИБДД М.В. нормам КоАП РФ не противоречит.

Процессуальных нарушений, влекущих в силу ст. 30.7 КоАП РФ отмену постановления и (или) решения по жалобе на постановление, не допущено.

При разрешении вопроса о подсудности дела, судья обоснованно исходил из того, что административное расследование фактически не проводилось.

Согласно ч. 1 ст. 28.7 КоАП РФ в случаях, если после выявления административного правонарушения в области... дорожного движения, осуществляются экспертиза или иные процессуальные действия, требующие значительных временных затрат, проводится административное расследование.

Как указано в постановлении Пленума Верховного Суда РФ "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", административное расследование представляет собой комплекс требующих значительных временных затрат процессуальных действий, направленных на установление всех обстоятельств административного правонарушения, их фиксирование, юридическую квалификацию, и процессуальное оформление. Проведение административного расследования должно состоять из реальных действий, направленных на получение необходимых сведений, в том числе проведения экспертизы, установления потерпевших, свидетелей, допроса лиц, проживающих в другой местности.

В деле имеется определение должностного лица ГИБДД о проведении административного расследования.

Однако, расследование сводилось лишь к экспертному освидетельствованию К.А., результаты которого были даны в день совершения административного правонарушения.

При таких обстоятельствах обязательное химико-токсикологическое исследование с учетом времени получения его результатов, не могло квалифицироваться как элемент административного расследования. Соответственно, дело было правильно рассмотрено мировым судьей.

Довод К.А. в жалобе о том, что еще при составлении протокола об административном правонарушении он ходатайствовал о передачи дела на рассмотрение в суд по месту жительства, судьей проверялся и был правильно признан несостоятельным по изложенным в решении мотивам.

Ссылка в надзорной жалобе о том, что мировым судьей назначено рассмотрение дела до вступления в законную силу ранее вынесенного в отношении К.А. решения от 04.04.2011 года, направлена на иное толкование закона.

Другие доводы К.А. являлись предметом рассмотрения судей и были правильно признаны несостоятельными.

Административное наказание назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, с учетом положений ст. 4.1 КоАП РФ, и является минимальным.

Само по себе несогласие К.А. с судебными постановлениями не может повлечь их отмены.

Руководствуясь ст. 30.17 КоАП РФ, председатель суда

 

постановил:

 

Постановление мирового судьи судебного участка N 1 Левобережного округа г. Липецка от 7 апреля 2011 года и решение судьи Левобережного районного суда г. Липецка от 10 мая 2011 года оставить без изменения, надзорную жалобу К.А. без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председатель суда

И.И.МАРКОВ

 

 






Яндекс цитирования


Наши услуги:
Экспертиза обстоятельств дорожно-транспортного происшествия; экспертиза технического состояния транспортных средств и деталей транспортных средств, следов на транспортных средствах и месте дорожно-транспортного происшествия; проведение автотехнических исследований; определение стоимости ремонта транспортных средств; определение утраты товарной стоимости транспортных средств; возмещение материального ущерба при ДТП; обжалование постановления о привлечении в качестве виновника ДТП; взыскание материального ущерба (в т.ч. вреда здоровью) с виновника ДТП сверх страхового возмещения; возмещение морального вреда; консультирование по вопросам организации и проведения экспертизы, применения результатов исследований для защиты прав наших клиентов.

© www.ДТП-экспертиза.рф, 2011 - 2018